RanobeList
boosty
Да, я паук, и что же? Том 9. X2. Администратор Гуриедистодиез
🕑 Added 2023-08-15 14:24:16 +0000 UTC
Для нас, богов, жизни людей проносятся в мгновение ока, но и в этот крошечный миг им удается, сильно или не очень, пожалеть о том, что они совершили.
«Вот бы я сделал вот так; вот бы тогда я выбрал вот это».
В этих гипотетических сценариях им кажется, что, поступи они в какой-то момент иначе, все сложилось бы по-другому.
Вот только все это происходит лишь у них в голове. Сколько ни думай о прошлом, его не изменишь.
Но все равно люди продолжают спрашивать себя: правильное ли решение я принял? Невзирая на то, насколько короток век людской. И раз уж я прожил куда дольше, чем любой человек, никого не удивит то, что и я мучился терзаниями о сделанных мной когда-то выборах.
Даже зная, что прошлое изменить нельзя, сколько ни переживай, и что все равно уже поздно, я не сдерживаюсь и задумываюсь об этом. Я понимаю: если у меня есть время рыться в прошлом, тогда его стоит потратить на то, что я еще могу сделать в настоящем.
Но иногда кажется, что все это напрасно. Так верные ли решения я принимал? Ответа на это у меня нет.
В момент, когда нужно сделать выбор, никогда не бывает очевидно, какой из них правильный. Осознание приходит намного позже. В это время прошлое уже становится воспоминанием.
Вот почему мы так много размышляем о прошлом: чтобы спросить себя, сделали ли тогда правильный выбор. Ведь, пусть мы и живем в настоящем, знать, насколько верным будет это решение здесь и сейчас, нам не дано.
Если кто-то все же знает эти ответы, я бы очень хотел их услышать. Я понимаю, что никто не откликнется мне, и все же моя жажда проникнуть в эту тайну сильна.
А правильный ли я делаю выбор?
***
— Вы уверены, что это было к лучшему? — теперь спрашивает меня ледяной дракон Ния.
Разумеется, у меня нет на это ответа. Я никогда не знаю, верный я делаю выбор или нет.
— Если бы я вмешался, то лишь запятнал бы честь Рейгара, — дал я размытый, но в целом удовлетворительный ответ.
— Верно. Это была прекрасная смерть, достойная человека, который носил имя сильнейшего в мире мечника.
Похоже, мои слова были подходящими. Перед нами лежит бывший Король Меча Рейгар.
Человек, который уже никогда не поднимется.
Я привел его сюда после того, как он решил отказаться от трона Короля Меча. Мне хотелось узнать, что думает об этом месте он, ветеран, сражавшийся на передовой против демонов.
Теперь я об этом не жалею. Но все думаю о том, как позволил ему умереть на поле битвы, зная, как он желал быть вдали от сражений.
А стоило ли мне приглашать сюда Рейгара?
Конечно, тогда я понятия не имел, к чему это приведет, так что теперь не о чем и думать. Может, я и бог, но видеть будущее мне не дано. Есть шанс, что на это способен кто-нибудь очень могущественный вроде D, ну а я точно нет.
Если бы я это умел, вполне возможно, что меня так не терзали бы сделанные мной выборы. Впрочем, кто знает, а не стал ли бы я тогда еще больше мучиться волнениями о том, какое будущее выбрать будет правильнее.
Если бы во время того разговора с Рейгаром я увидел грядущее, что бы я тогда сделал?
Я не знаю…
В общем, неважно, можешь ты видеть будущее или не нет. Остается лишь принять лучшее решение, какое сможешь.
На этот раз мой выбор убил Рейгара.
Он сам выбрал противостояние с этой реинкарнацией, и именно он решил биться с ним до самой смерти.
Такие выборы от меня совершенно не зависят. Но все-таки меня никак не оставляет мысль, что, если бы я не привел его сюда, этого бы и не случилось.
Мне не занимать высокомерия.
Считать, что все зависит именно от моего решения, — значит забыть о воле Рейгара и тех решениях, которые сделал он сам. Это высокомерие и ничто иное.
Чем больше я об этом рассуждаю, тем тяжелее становится сделать выбор. Я все больше и больше превращаюсь в обычного наблюдателя, который просто плывет по течению, отказываясь решать что-то самостоятельно.
Еще недавно мне это удавалось. Но вот в дело вмешалась D, и это означает, что мне тоже придется начинать делать выборы. Пусть она и ограничивает меня в возможностях.
— Ах, он двигается.
Проследив за взглядом Нии, я вижу реинкарнировавшего. Переродившийся о́ни, который победил Рейгара, начинает путь к деревне. Благодаря особому навыку, который D даровала всем реинкарнациям, он уже восстановил все истраченные в долгом сражении с Рейгаром силы.
У этого навыка, n% I = W, есть несколько необычных свойств. Все это — лишь меры, чтобы реинкарнировавшие выживали в этом мире. И все же механизм, который дает им энергию, сохраненную системой в момент повышения их уровня, чтобы восстановить им здоровье, очки маны и навыков, — это особенно яркое доказательство тому, что реинкарнировавшие у D — любимчики.
Извлекать энергию из системы, которая существует только для того, чтобы ее накапливать… Эффект, который идет вразрез с самим назначением системы. Может, это всего лишь крохи энергии, но я неустанно бился над тем, чтобы ее накопилось как можно больше, и теперь мне стыдно от одной мысли об этом.
И даже не учитывая этого навыка, реинкарнировавшие — аномалия этого мира. К лучшему или к худшему, но все, что они делают, имеет для него последствия. Один реинкарнировавший уже устроил хаос среди многих из нас, знающих секреты этого мира, включая Ариэль, Дастина и меня самого.
Не считая этой преступницы Широ, остальные еще слишком юны, чтобы что-нибудь натворить, а многие уже попали в руки Потимаса, так что пока они не так заметны.
Но понемногу и другие, не только Широ, становятся более влиятельными фигурами на доске, и не нужно далеко ходить за первым примером: это тот самый о́ни перед нами.
— И что же мне делать теперь?..
Перерожденный о́ни шагает уверенно, но никуда не исчез вопрос: насколько ясна у него голова? У него есть навык «Гнев», от которого он уже впал в безумие.
Навык «Гнев» — один из Навыков Повелителя и ключ ограниченного доступа к системе. В конце концов, это всего лишь ключ, использовать который способны лишь те, кто знает, где находится замочная скважина и как открыть дверь доступа к системе. Но только так некто в этом мире, не обладающий должностью администратора, может контактировать с системой, пусть и в строгих рамках.
Мне совершенно непонятно, зачем D создала такие навыки, но я знаю наверняка, что последствия этого действия были заранее просчитаны.
Тем не менее навык «Гнев» в качестве ключа кажется совершенно бесполезным. Да, его активация сильно повышает статусы владельцев, но в то же время их рассудок подавляет чувство гнева. В конце концов он может сделать из пользователей безмозглых созданий, убивающих все, до чего они дотянутся, как, например, этот реинкарнировавший о́ни.
После этого, конечно же, пользователь уже не может открыть никакую дверь. В конце концов, зверь без тени разума не в состоянии пользоваться ключами.
Однако этот о́ни, насколько я могу судить, не совсем похож на прошлых пользователей «Гнева». До сих пор каждый владелец этого навыка, кроме самого первого, становился зверем. Они даже не могли использовать оружие, безумствуя одной лишь их грубой силой. С увеличением статусов после применения «Гнева» даже это становилось ощутимой угрозой.
Но, низведенные до этого состояния берсерка, они уже не могли применять свои навыки со всей эффективностью. Иногда те из них, кто «Гневом» не пользовался, были даже опаснее.
В отличие от них, этот реинкарнировавший о́ни орудовал мечами и даже приспосабливался к ходу боя, переняв в самый его разгар несколько техник Рейгара. Похоже, он совсем потерял рассудок, но в каком-то смысле все еще вполне разумен.
И все же, изменит ли это хоть что-нибудь? Если я оставлю все как есть, вероятно, он зайдет еще дальше вглубь этих территорий и найдет новую жертву.
Именно поэтому я выслал Нию и других ледяных драконов с Гор Магии попытаться увести его в сторону и не дать добраться сюда, но…
— Похоже, у вас не слишком-то вышло встать у него на пути.
— Мне очень жаль, — просит прощения Ния, но это не ее вина.
— Вы тут не виноваты. Это создание явно направлялось прямо сюда. Не знаю, просто ли бежал он от вас или почувствовал, что здесь есть люди, но все-таки требовать остановить его не убивая значило требовать невозможного. На самом деле это мне стоит извиняться, что вообще вас об этом просил. Особенно учитывая жертвы, которые вы ради этого понесли.
Обернувшись, я бросил взгляд на тела множества драконов и виверн, все они находились в подчинении Нии. Это случилось потому, что она дала мне знать о его передвижениях, а я поручил остановить его, оставив при этом в живых. Если бы они просто убили о́ни, потерь было бы куда меньше. Даже среди драконов были жертвы, все из-за моего предупреждения сохранить ему жизнь.
— Нет, мой господин. Не беспокойтесь об этом. Мы живем для того, чтобы служить вам. Если бы вам было это угодно, я с готовностью пошла бы на наше полное уничтожение.
Ниа отвечает мне ровным голосом. Верность первых драконов сложно переоценить. Даже кто-то вроде Нии или Хьювана, которым не слишком хочется доверять, с полной самоотдачей исполнят любое поручение, какое бы я им ни дал.
Смогу ли я оправдать такую преданность? Не обязаны ли они мне такой верностью только потому, что я самый первый из драконов?
Я знаю, сомневаться в ней вот так — оскорбление той верности, с которой они служат мне столько лет, но я по-прежнему не могу быть уверен в себе так, как должен. Я не знаю, достоин ли их веры в меня, веры, за которую они готовы отдать жизни.
Может быть, земляной дракон Гакия, который когда-то был самым верным моим слугой даже среди драконов, без моего позволения бросил вызов Ариэль потому, что он чувствовал эту мою трусливую сторону.
Ариэль целиком верила в Широ, но в тот момент она сражалась против нее, и все ради того, чтобы провернуть ржавые створки шлюзов в дамбе, сдерживающей изменение. И Гакия попытался остановить ее, даже оставив ради этого чтимый им превыше всего долг стража Подземного Уровня Великого Лабиринта Элро.
Его самостоятельность меня впечатлила, но у меня остались смешанные чувства по поводу того, что он сделал это с полной готовностью погибнуть.
Все оставляют меня один за другим. Уже скоро, я боюсь, даже Сариэль…
От одной мысли об этом в моем сердце появляется невыносимая боль. Если это случится, то ради чего же я жил все это время? Я и правда уже не знаю ответа.
Но нет. Сейчас не время размышлять о будущем. Пока что мне нужно понять, как поступить с о́ни.
— Избавится от него было бы проще простого. Но, как я понимаю, применять здесь силу не стоит, правда?
— Ну конечно же не стоит.
Это были скорее мои мысли вслух, и все же мне отвечает голос. Перед глазами у меня появился маленький плоский гаджет. Мне говорили, что это устройство для связи в их мире, который называется «смартфон». Однако важно не то, что это такое. Человек на другом конце — вот что имеет сейчас значение.
— D.
«Да-да, привет, это я. Бог зла D».
Невольно я заговорил вслух, как будто ждал ответа, но я даже не думал, что D и правда так со мной свяжется.
D — создатель системы этого мира и единственная, кто стоит в иерархии надо мной. Этот мир продолжает существовать только благодаря D, и только из-за нее я тщательно продумываю каждый шаг. Включая попытку хотя бы притронуться к реинкарнировавшим по первой своей воле.
Потому-то я и приказал Ние и ее драконам лишь задержать и не убивать о́ни. Если бы я захотел, то быстро бы избавился от него сам, без лишних хождений вокруг да около.
«Кажется, ты, наконец, запомнил, что я люблю. Прекрасно».
Что любит D? В общем-то, так и есть, в этом вся суть вопроса. D связывает меня по рукам, потому что иначе не интересно будет смотреть, как я разбираюсь со всем сам.
Как она и говорит, все здесь упирается в ее личные хотелки, и этим все сказано.
Так интереснее, так ей больше нравится, — вот поэтому я вынужден смотреть на события в этом мире, ничего не предпринимая. Я могу все разрешить, но вынужден просто оставаться наблюдателем и бездействовать.
Вот в какие игры играют боги.
Пока я задаюсь вопросом, честно ли поступаю, D не думает ни о чем и пользуется всем, что есть у нее в распоряжении, чтобы потакать своим прихотям. Неважно, сколько жертв это за собой повлечет, она не думает ни о ком, кроме себя.
Будь все иначе, я бы никогда не позволил ей жить. Но у D есть власть, с которой можно ничего не бояться, а еще именно она отыскала способ спасти этот мир и продлила его существование, когда он уже был на грани уничтожения. В благодарность за то, что она протянула этому миру руку, когда тот уже был обречен, я не могу настроить себя быть решительно против нее, и это даже не учитывая тот факт, что она как бог стоит выше меня.
Да и не стоит забывать, что не все ее поступки приносят зло. Из-за нее в нашем мире появились аномалии, известные как реинкарнировавшие, но все это не слишком значительно, если смотреть на общую картину. Даже в прошлый раз, когда оружие былой эпохи вырвалось буйствовать, в итоге серьезных разрушений удалось избежать, хотя все могло быть куда хуже.
У меня даже есть подозрения, что D запретила мне действовать, потому что хотела, чтобы Широ прошла через превращение в бога.
Широ, конечно, немало хаоса принесла с собой, но не сделала ничего, что помешало бы работе системы. Более того, появление реинкарнировавших привело к волнам изменений в мире, в том числе убедило Потимаса вернуться и начать действовать после того, как о нем так долго ничего было не слышно. Не знаю пока, будут ли эти изменения позитивными или принесут за собой разрушения, но нельзя сказать, что все идет так уж плохо.
Именно поэтому даже перед лицом опасности я не готов перечить D. И все же здесь и сейчас я думаю, что обязан что-то сделать.
— Я знаю, что мне запрещено вмешиваться напрямую, но что насчет Нии?
«Хм-м».
D выдерживает эффектную паузу, словно рассматривая мое предложение. На самом деле, зная D, она приняла решение мгновенно. Быть может, это паясничанье просто приносит ей удовольствие?
«Хорошо, но только при одном условии».
Как ни странно, D дает согласие. Я-то предполагал, что она сразу же будет отметать все мои предложения.
«Возьмите его в плен живым. Все остальное я ей разрешаю».
Звучит не так уж сложно, а на деле весьма нелегко. Вырубить его и не убить — достаточно трудно.
Прикончить его проще простого: Ние просто нужно обрушить на него всю ее силу, а вот если она захочет победить его и оставить в живых, ей придется сдерживаться. А зная, что у противника есть навык «Гнев», вырубить его становится еще более нетривиальной задачей, ведь его пользователь будет биться до самой смерти.
Ей нужно сражаться всерьез, но нельзя по неосторожности забрать его жизнь. Тут нужен тонкий баланс, идеально выверенная сила, пусть D и говорит, что Ние все дозволено.
А что делать? Выбирать не приходится. Как бы нас ни ограничивали в средствах, нам разрешили вмешаться.
— Ния.
— Слушаю?
— Если тебе не трудно.
— Можете на меня положиться, — заверяет Ния и без видимых усилий взмывает в воздух, направляясь к перерожденному о́ни.
В этот момент он обыскивает деревню, но по приказу Рейгара все жители давно покинули ее.
Их дома и пожитки остались там же, где были, но с навыком n% I = W о́ни уже должен был восстановить свои очки навыков, так что еда ему, скорее всего, без надобности. Убив несколько драконов и виверн Нии, а еще Рейгара, он должен был повысить свой уровень. С каждым уровнем навык n% I = W восстанавливал его очки, а иначе он уже должен был бы падать от истощения.
То есть вместо того, чтобы купить себе время, выслав навстречу ему этих бойцов, мы сделали его сильнее. Пожалуй, мне сразу стоило отправить Нию задержать его, но я еще не знал, позволит ли мне D. Вполне возможно, что сейчас она дала свое разрешение как раз потому, что он повысил уровень и получил хотя бы шанс пережить встречу с Нией. Если бы он уже не уступал ей силой, кто знает, может, она позволила бы не сдерживаться с ним совсем.
Похоже, D нравятся непредсказуемые сражения между равными по силам противниками куда больше, чем чья-то сокрушительная победа. Значит, даже с этим условием у Нии должен быть реальный шанс победить.
— Рассчитываю на тебя, Ния.
«А я жду отличной битвы».
Пока у меня на уме серьезные мысли, D относится к этому очень легко.
Я перевожу взгляд на свой гаджет для связи, пытаясь не показывать неудовольствие в глазах, но этой вещи там уже нет. Как и когда он только возник, я совершенно не заметил его движения или пропажи.
Это становится для меня этаким незамысловатым напоминанием, что мы как боги находимся на совершенно разных уровнях. Мне приходится слушать ее именно потому, что ее власть настолько больше моей. И пусть гаджет уже пропал, если я сейчас попробую что-нибудь выкинуть, я тут же распрощаюсь с жизнью.
Какой бы глупой ни казалась эта ситуация, тут ничего не поделаешь. Мне остается только довериться Ние и наблюдать за ней. Мы не можем позволить реинкарнировавшему о́ни продолжать его буйство.
На это есть две причины. Они обе связаны с тем, насколько уникальны эти земли. Точнее, насколько неповторимы их обитатели.
Этот регион носит название «Долина Успокоения». Находится он на полуострове, который выдается из континента, и граничит с Горами Магии, которые отделяют его от большой земли. Добраться сюда можно только перейдя горы или по морю, но Горы Магии охраняются Нией и другими ледяными драконами, а океан сторожат водяные драконы, поэтому оказаться здесь практически нереально.
В этих отрезанных от внешнего мира землях живут только те, кого я сам сюда привел. Все это — люди, чьи души достигли окончания своего жизненного цикла.
Система эксплуатирует души тех, кто живет в этом мире, выкачивая из них энергию. Это само по себе неизбежно. В конце концов, отчасти это расплата за прегрешения его жителей и необходимая жертва, чтобы продлить жизнь этому миру, оказавшемуся на краю уничтожения.
Но случился один сбой: из-за этой непрерывной эксплуатации души некоторых людей сильно износились. Быть может, D не думала, что восстановление мира займет столько времени. Если душа полностью износится, ее ждет лишь разрушение.
Небытие — это нечто большее, чем смерть. После этого душа уже не может реинкарнировать.
Чтобы эта судьба не постигла их, люди, чьи души слишком изношены, находят убежище здесь, под моей защитой. Здесь нет монстров. Именно из-за врага, которого узнать в лицо не трудно — монстров, люди оттачивают свои навыки. Но для души навыки — непомерная ноша.
Лишь избегая получать и использовать навыки настолько, насколько это будет возможным, можно добиться покоя для души и мирной жизни.
У большинства людей здесь абсолютный минимум навыков. В то же время у Рейгара их было очень много, и его душа изнашивалась крайне быстро. Впрочем, разлюбив сражения, остаток своей жизни он мог коротать в мире и не позволить своим навыкам усиливаться, а значит — спасти душу от еще большего повреждения.
Такой выход нельзя считать самым эффективным, он только немного продлит жизненный цикл души, но это явно лучше, чем не делать совсем ничего.
Именно поэтому все эти люди были собраны здесь, и я никак не могу допустить, чтобы они были убиты о́ни. Если они умрут, их ждет реинкарнация. А в этом мире после возрождения они начнут изнашивать собственные души. Вот она, первая причина, почему я обязан остановить этого о́ни.
Вторая причина — я сам этого хочу. Мне просто не хочется, чтобы в этой земле все полетело псу под хвост. У каждого, кто поселился здесь, души серьезно повреждены, это и люди, и демоны. Эти два народа, которые считаются заклятыми врагами, здесь живут в мире. Тут нет ни монстров, ни сражений между людьми. Это маленький рай, отрезанный от внешнего мира. Вот об этом идеальном мире, об этом рае на земле мечтала когда-то Сариэль.
И здесь, на этом клочке суши, этот идеал был достигнут. Пусть это и только временная утопия, возможная лишь потому, что я прикладываю к этому усилия. Я понимаю, что люди живут тут в мире только потому, что знают: жить иначе опасно для их же собственных душ.
Но каким бы недолговечным ни было такое положение дел, все равно это место — мечта Сариэль, ставшая явью в масштабах одного клочка суши.
И я не хочу, чтобы она была уничтожена.
Разумеется, это неразумная, до крайности личная причина, но именно поэтому часть меня не готова от нее отказаться. Быть может, я тоже высокомерный бог, который действует в своих интересах, пусть и не настолько эгоистично, насколько D.
Пока от этих мыслей меня опутывают светлые чары самоуничижения, я занимаю позицию наблюдателя за битвой Нии.
Продолжение следует...
Над переводом работала команда RanobeList.
