Lex Nov
boosty
Жёсткий Попаданец. Глава шесть (второй том)
🕑 Added 2025-04-24 21:44:52 +0000 UTC— Вау! — почти хором воскликнули мы, переступив порог нашего дома.
Признаться, я был приятно удивлён. Я думал, что получу только мебель, которую можно будет расставить по своему усмотрению. Однако, помимо того, что всё было аккуратно расставлено, здесь также был проведён ремонт. Но на этом чудеса не заканчивались!
В зале появился камин, напротив которого расположились два кресла-качалки. Также в комнате был большой диван и журнальный столик, хотя журналов на нём не было. Мы с восхищением осмотрели зал и решили продолжить исследование.
Мы заглянули в ванную и туалет. Я был приятно удивлён: хотя это и не было похоже на трон, как в клане, но всё равно было достойно внимания. В самой ванне, как ни странно, оказалась ванна, занимавшая почти всю комнату. По размерам она была почти как моя комната в общежитии, и мы могли бы все туда поместиться.
На первом этаже мы также посетили кухню. Сейчас она больше напоминала современную, если не считать, что вместо газовой плиты стоял местный примус на две конфорки, а холодильник был встроен в стену.
Следующим помещением, в которое мы вошли, был небольшой обеденный зал со столом посередине и десятком стульев. Жаль, что они были обычными, а не такими мягкими, как в клане. Но что привлекло моё внимание в этой комнате, так это небольшая урна в углу, из которой торчала деревянная рукоять. На моём лице появилась улыбка. Подойдя к этому инвентарю, я достал его из урны и убедился, что это та самая дубина. Девушки ходили за мной следом, стараясь не отставать, и вертели головами так, что земные совы им бы позавидовали.
Положив дубину обратно в урну, мы стали подниматься на второй этаж. Зайдя в первую дверь, которая находилась напротив лестницы, я открыл её, и моя челюсть чуть не пробила пол до первого этажа.
И тут мне вспомнились слова Нагиева:— Это не просто кровать, это кроватище! — воскликнул я вслух. Ага, это не просто влага, а вла... кхе-кхе. - - Действительно, какая огромная кровать! — произнесла Лилиана, и остальные девушки согласно закивали.
Я никогда раньше не видел ничего подобного. Она занимала всю комнату от одного угла до другого, и я даже представить не мог, как её занесли в помещение. Оглядев комнату ещё раз, я заметил на стене свежие следы ремонта...
- Они что, пронесли кровать через стену? — вырвался у меня невольный вопрос.
Мы всей компанией подошли к стене и начали её осматривать.
- Похоже на то, — вынесла свой вердикт Мори.
И действительно, по штукатурке было видно, где и в каком объёме разбирали стену. Конечно, через некоторое время это уже будет незаметно, но всё равно забавно, особенно если учесть, что это второй этаж.
Кроме кровати, в комнате были небольшой шкаф и тумбочка. Я быстро проверил полки и понял, что они пусты. Какая жалость!
Затем мы пошли по другим спальням, где кровати оказались намного меньше. А последняя комната оказалась абсолютно пустой, возможно, она нам ещё пригодится.
После мы всей компанией спустились в зал и расселись кто где. Лилиана и Мори сели напротив камина, а я плюхнулся на диван, по бокам от меня расположились Дакнес и Мумини.
- Что думаете? — спросил я у девушек.
- Это просто невероятно, — сказала Лилиана, ещё раз обводя взглядом помещение.
- Полностью согласна, — подтвердила рядом сидящая тавра.
- И это всё наше? — спросила краснокожая, — Можно я тогда заберу себе эту большую спальню?
Все посмотрели на неё с интересом, а затем перевели взгляд на меня, ожидая моей реакции. Я же на это заявление лишь хитро улыбнулся.
- Без проблем, только тебе придётся там постоянно наводить порядок и застилать кровать... — не успел я договорить, как был перебит.
- Я тут немножко подумала и решила, что возьму самую крайнюю комнату, которая без мебели, — она потёрла свой подбородок, — только мой матрас заберём.
Да, застилать кровать пять на три метра, думаю, весьма проблематично. Блин, да у меня, по-моему, комната в общежитии в прошлой жизни была меньше, чем эта кровать. Что ни говори, даже для меня это может стать проблемой. Да и честно сказать, такая кровать для меня одного будет слишком шикарно, потому нужно искать альтернативу, хоть ты блин себе горничную нанимай.
Тут у меня возник вопрос.
- Лили, а ты в какой комнате будешь? — спрашиваю у своей рогатой энциклопедии.
- Я буду... с вами? — удивлённо спросила девушка.
- Конечно же, с нами, по-другому и быть не могло, что вообще за вопросы? - сказал я возмущённо.
После всего, что было, после всей заботы, которую она мне подарила, и после нашей бурной ночи, она ещё спрашивает. Иногда я не очень хорошо понимаю местных жителей, у них немного странная логика, особенно в вопросах отношений, или, возможно, это моя логика кажется им странной.
Я заметил интересную вещь, касающуюся интимной близости: секс здесь ни для кого не значит ничего особенного, это скорее способ удовлетворения похоти. Хотя, если рассуждать логически, у зверолюдов либидо гораздо сильнее, чем у людей, и поэтому они хотят интимной близости гораздо чаще. Опять же, всё зависит от подвида.
То, что Лилиана задаёт такие вопросы, обескураживает меня. Она моя первая женщина, которая действительно заботилась обо мне и любила меня, я бы никогда её не оставил одну. Я поднимаюсь с дивана и подхожу к Лилиане.
— Лили, неужели ты думаешь, что после всего, что было, после всей твоей заботы обо мне, я бы смог оставить тебя одну? — спрашиваю я, наклоняясь на уровне её глаз, наши лица находятся в считанных сантиметрах друг от друга.
— Я... — она замялась, — я просто думала, что...
На её глазах появляются слёзы, но улыбка на лице говорит о том, что это слёзы не от горя.
— Не думай, Лили, просто будь со мной, — я улыбаюсь ей и большими пальцами вытираю слёзы с её щёк, — будь с нами.
— Я буду, — тихо шепчет она.
Я возвращаюсь на своё место, и девушки начинают галдеть с новой силой. Каждый выбирает, где будет спать, куда передвинуть шкаф, куда приколотить полку, и так далее. После этого они собираются вместе и начинают спорить друг с другом, тыкая пальцем, где что будет находиться. Они все летают по дому, обсуждая разные мелочи, а я просто сижу на диване и наслаждаюсь спокойствием. На моём лице играет улыбка, ведь я понимаю, что это теперь мой дом... И его необходимо защищать.
После этих мыслей моя улыбка исчезает, особенно о предстоящих событиях и о том, что я себя сейчас приковал к этому месту. Теперь я осознаю, что это мой дом, и мне нужно будет его как-то сохранить, хотя велика вероятность, что мне придётся бросить его и спешно покинуть это место. От этих мыслей я кривлюсь.
Тут в зал забегает Дакнес, её глаза горят жёлтым огнём.
— Масимилиан! — восклицает она, держа кулачки перед собой и переминаясь с ноги на ногу, — ты немедленно должен увидеть это.
Господи, что они там нашли? Я отрываюсь от своих размышлений и тяжело вздыхаю.
— Ладно, пошли, покажешь, что там у вас.
— Идём, — быстро произносит она с нетерпением и как метеор несётся в коридор. Мне ничего больше не остаётся, как следовать за ней.
Мы проходим по коридору и подходим к помещению, напоминающему мелкую кладовку. Там были разнообразные полки, которые сейчас пустовали, но интересным было не это, а то, что в полу обнаружился деревянный люк. Он был практически незаметен, так как был деревянным и был одного цвета с полом, если бы не мелкий крючок снизу, его можно было бы даже не найти. Интересно, если не смотреть на пол, никогда не догадаешься, что здесь что-то есть. Даже если присмотреться, не сразу можно заметить.
— Давайте откроем! — воскликнула краснокожая.
Конечно, не стоило бы открывать подозрительные подземные ходы, ведь именно так начинаются все ужастики. Но и оставлять это просто так нельзя. Нужно хотя бы узнать, что там находится. Возможно, это обычный винный погреб, хотя я не понимаю, зачем его так маскировать.
— Я видела здесь подсвечник со свечами, — произнесла Лилиана, — сейчас принесу.
Через несколько секунд Лили принесла массивный металлический подсвечник, на котором стояла одинокая полусгоревшая свеча.
— А спички есть у кого-нибудь? — спросил я.
Девушки переглянулись друг с другом, и ответ был очевиден.
Что интересно, в этом мире есть спички, и что забавно, продаются они на развес, а вот чиркала к ним нужно покупать отдельно. Не удивлюсь, если хозяин погрызенного яблока из моего мира является попаданцем из этого или наоборот. В общем, как посмотреть.
В итоге я тяжело вздохнул, взял подсвечник в руки, как биту, и открыл подвал. Прислушался, но не услышал никаких звуков, ни вдохов, ни ветра — ничего, что указывало бы на присутствие разумной жизни. Поэтому я начал спускаться вниз. Лез я очень аккуратно, не желая навернуться с лестницы, которая могла быть не очень прочной. Тем не менее, я слез без особого труда и встал на каменную кладку, стараясь привыкнуть к темноте. Свет, который шёл из люка, давал мало простора для осмотра всего окружающего, но когда мои глаза немного привыкли, я начал различать силуэт какого-то стола. Подойдя к нему ближе, я увидел, что на столе стоит подсвечник, а рядом насыпано много спичек и чиркал. Недолго думая, я поджёг местный светильник и приподнял его над головой...
— Ну нихуяшика о себе! — выдал я вслух.
— Маси, что там такое? — спросила беспокойная тавра.
— Тут... Эм... — я замялся, не зная, как подобрать нужные слова, — в общем, мне кажется, у Дакнес появилась новая комната.
Не знаю, кем был прошлый владелец этого дома, но мне кажется, даже самые конченные извращенцы назвали бы его больным психом и посоветовали бы обратиться к психиатру. Потому что это была целая БДСМ-комната: здесь стояли колодки, на стенах висели плётки, причём абсолютно разные — от стандартных кожаных до таких, где на конце были крючки, а некоторые из них были с металлическим шариком на конце. Также тут была дыба, и кажется, гинекологическое кресло, а также деревянный... Конь?! Не знаю, как называется это приспособление треугольной формы, но что-то похожее я видел в одном хентае. А про то, что тут куча сковывающих и связывающих предметов, пожалуй, даже не стоит рассказывать. А кляпы разных форм... Мне вот интересно, тот хозяин дома, торговец, про которого говорила директриса, он вообще был торговцем или торговкой? Просто сейчас у меня возникают некоторые противоречия, особенно насчёт местного инвентаря.
Девушки, заметив свет, начали спускаться одна за другой. Дакнес оказалась последней. Когда она встала на пол и оглядела всё помещение, на её глазах появились слёзы радости.
— Какое прекрасное место, — прошептала она, — неужели всё это принадлежит мне?
— Кажется, не стоило ей этого показывать, — с флегматичным видом произнесла кошка. В её глазах не было даже удивления, словно она видела подобное каждый день и не раз, да и вообще устала от этого.
— Но здесь так красиво, и столько всего... — Дакнес перевела взгляд на резиновые члены. — Только я не понимаю, зачем эта дубинка... О, а она похожа на Масин член.
— Кхе-кхе, — зашёлся я в приступе кашля, — с чего ты это взяла?
Девушка с недоумением посмотрела на меня.
— Ну так я же вчера во рту его держала, а ещё между грудей тёрла.
— КХЕ-КХЕ, КХЕ-КХЕ. — сейчас у меня начался действительно сильный приступ кашля, и, кажется, я поперхнулся, хорошо хоть не хером.
Все перевели на неё взгляд, а у Тавры глаза, казалось, налились кровью.
— Ты... Что... Вчера... Делала? — проговорила она с перекошенным от ярости лицом, каждое слово было как гвоздь в крышку гроба.
Дакнес посмотрела на неё с недоумением.
— Ну, мне вчера Мори сказала так сделать, сказала, что Масимилиану это очень нравится, а потом меня оттащила та ушастая мышь, и снова меня связала... Какие же у неё сильные ручки... — проговорила она растерянно, а от последней фразы немного закатила глаза, после тряхнула головой и спросила: — А что, мне не надо было так делать?
— Мори! — сказал я, с яростью ища глазами кошку. — Мори?
И увидел, как в люке только мелькнула её нога и хвост... вот ведь чертовка, сбежала. Я повернулся к Дакнес.
— Пойми меня, никто тебя не должен заставлять это делать, — старался мысленно подобрать нужные слова.
Мне выдали то, от чего я просто охренел.
— Ну так я сама хотела попробовать, да и к тому же Мори и Мумини часто так делали, когда ты спишь, а ещё иногда почему-то прыгали на тебе. Правда, зачем-то тебе давали тот порошок, от которого хочется спать...
— Да вы охуели, — вырвался из меня сиплый голос, и я перевел взгляд на Тавру, — что за хуйня!
Тавра тут же стушевалась, её глаза начали метаться из стороны в сторону, а Лилиана смотрела с полным охреневанием в глазах, и похоже даже не осознавала, что происходит, стоит и глазками только хлоп, хлоп.
— Маси, ты пойми... — начала тавра, — ты был постоянно напряжён, а Мори говорила, что это тебе поможет, да и на утро ты всегда был с улыбкой на лице.
Ну охренеть просто и не встать, то есть пока я считал себя девственником, а меня уже давно поимели, и похоже не по одному разу...
Я стоял около минуты и смотрел на них пустым взглядом, а потом...
— Ха-ха-ха-ха — разорвал меня дикий ржач.
— Эм, Маси? — осторожно спросила тавра.
Ну я ничего не ответил, а лишь продолжал ржать как конь.
— Может, его свяжем, — спросила Дакнес, — а потом меня.
Моя истерика не останавливалась.
Это же надо так, я думал, что хожу девственником, и боялся, что таким и подохну... А я ведь ещё удивлялся, что легко переношу воздержание, а тут оказывается... Хахахаха.
А я же всё продолжал смеяться не останавливаясь ещё минута три, а потом просто подошёл к девчонкам и сгрёб их в охапку.
— Мои дорогие, я вас люблю. — произнес я, крепко обнимая своих красавиц.
— Ты не злишься? — осторожно спросила тавра.
— Я? — удивленно приподнял бровь. — Я в ярости, но... Ха-ха-ха...
И вновь мой истерический смех разразился в воздухе. Как же так? Пока я искал и думал, как решить проблему, девушки уже всё решили, и, похоже, даже не поставили меня в известность. Кажется, они использовали меня... Как игрушку.
Отсмеявшись и отстранившись от них, я задал вопрос:
— И как давно вы меня... — я не стал продолжать.
— Ну... Я с твоего дня рождения... А Мори, похоже, ещё раньше... Намного...
Охренеть. Просто охренеть.
Пока я стоял и обдумывал сложившуюся ситуацию, девушки разошлись по комнате, полной тайн и загадок. То, что здесь пыли почти с палец толщиной, говорит о том, что это место не подарок от Шаяны, хотя я и не был бы удивлён.
Тут подала голос краснокожая:
— А что в этих сундуках?
Мы подошли к Дакнес и увидели два деревянных сундука, обитых железными полосами. Один был относительно небольшим, больше напоминал большой ларец, а другой — довольно длинным и высоким.
— На них замки, надо как-то их снять, может, тут есть ключ... — сказала Лили, но тавра просто схватила замок руками и уперлась нагой в сундук.
Раздался треск, и в руках тавры остался замок вместе с «мясом». Я посмотрел на неё нечитаемым взглядом. Похоже, тогда она дала мне пощёчину, сильно пожалев, и лишь слегка погладила, можно сказать, даже любя. Божечки... Это же сколько в ней силы... Бррр. А если она во время нашей страсти войдёт в ажиотаж, то это смерть через сну-сну. Так не думать о ерунде, просто не думать.
Но как бы то ни было, за мою поруганную невинность нужна жестокая месть. Я оглядываюсь на местный инвентарь, и на моём лице появляется улыбка, от которой Мумини побледнела, а Дакнес начала предвкушать веселье.
— Маси, я не знаю, что ты задумал, но может не надо? — спросила Мумини.
— Надо, Мумини, надо. — подхожу и глажу её по голове.
Сейчас розовые волосы тавры были завязаны в конский хвост, а её волосы такие мягкие... Стоп, а чем у неё завязаны волосы?
— Наклони голову.
Она послушно выполняет.
— Хм, а вот нашлись трусы Амины.
— Что? — её глаза стали большими. — Разве это не резинка для волос?
— Нет.
— Дакнес... — прошипела тавра.
— Что Дакнес?! — всплеснула руками краснокожая девушка. — Они у тебя вообще-то на рогах болтались, я думала ты их используешь вместо резинки.
— Гррр — зарычала Мумини не хуже ротвейлера.
— Девушки давайте оставим эти разборки на потом, давай посмотрим, что в сундуках.
Тавра кивнула и сломала второй замок. Мы откинули крышки и немного охренели. В большом и длинном сундуке лежали мечи, а во втором...
— Это что за хрень? — невольно вырвалось у меня.
Там лежали свитки и письмо.
Признаться, я был приятно удивлён. Я думал, что получу только мебель, которую можно будет расставить по своему усмотрению. Однако, помимо того, что всё было аккуратно расставлено, здесь также был проведён ремонт. Но на этом чудеса не заканчивались!
В зале появился камин, напротив которого расположились два кресла-качалки. Также в комнате был большой диван и журнальный столик, хотя журналов на нём не было. Мы с восхищением осмотрели зал и решили продолжить исследование.
Мы заглянули в ванную и туалет. Я был приятно удивлён: хотя это и не было похоже на трон, как в клане, но всё равно было достойно внимания. В самой ванне, как ни странно, оказалась ванна, занимавшая почти всю комнату. По размерам она была почти как моя комната в общежитии, и мы могли бы все туда поместиться.
На первом этаже мы также посетили кухню. Сейчас она больше напоминала современную, если не считать, что вместо газовой плиты стоял местный примус на две конфорки, а холодильник был встроен в стену.
Следующим помещением, в которое мы вошли, был небольшой обеденный зал со столом посередине и десятком стульев. Жаль, что они были обычными, а не такими мягкими, как в клане. Но что привлекло моё внимание в этой комнате, так это небольшая урна в углу, из которой торчала деревянная рукоять. На моём лице появилась улыбка. Подойдя к этому инвентарю, я достал его из урны и убедился, что это та самая дубина. Девушки ходили за мной следом, стараясь не отставать, и вертели головами так, что земные совы им бы позавидовали.
Положив дубину обратно в урну, мы стали подниматься на второй этаж. Зайдя в первую дверь, которая находилась напротив лестницы, я открыл её, и моя челюсть чуть не пробила пол до первого этажа.
И тут мне вспомнились слова Нагиева:— Это не просто кровать, это кроватище! — воскликнул я вслух. Ага, это не просто влага, а вла... кхе-кхе. - - Действительно, какая огромная кровать! — произнесла Лилиана, и остальные девушки согласно закивали.
Я никогда раньше не видел ничего подобного. Она занимала всю комнату от одного угла до другого, и я даже представить не мог, как её занесли в помещение. Оглядев комнату ещё раз, я заметил на стене свежие следы ремонта...
- Они что, пронесли кровать через стену? — вырвался у меня невольный вопрос.
Мы всей компанией подошли к стене и начали её осматривать.
- Похоже на то, — вынесла свой вердикт Мори.
И действительно, по штукатурке было видно, где и в каком объёме разбирали стену. Конечно, через некоторое время это уже будет незаметно, но всё равно забавно, особенно если учесть, что это второй этаж.
Кроме кровати, в комнате были небольшой шкаф и тумбочка. Я быстро проверил полки и понял, что они пусты. Какая жалость!
Затем мы пошли по другим спальням, где кровати оказались намного меньше. А последняя комната оказалась абсолютно пустой, возможно, она нам ещё пригодится.
После мы всей компанией спустились в зал и расселись кто где. Лилиана и Мори сели напротив камина, а я плюхнулся на диван, по бокам от меня расположились Дакнес и Мумини.
- Что думаете? — спросил я у девушек.
- Это просто невероятно, — сказала Лилиана, ещё раз обводя взглядом помещение.
- Полностью согласна, — подтвердила рядом сидящая тавра.
- И это всё наше? — спросила краснокожая, — Можно я тогда заберу себе эту большую спальню?
Все посмотрели на неё с интересом, а затем перевели взгляд на меня, ожидая моей реакции. Я же на это заявление лишь хитро улыбнулся.
- Без проблем, только тебе придётся там постоянно наводить порядок и застилать кровать... — не успел я договорить, как был перебит.
- Я тут немножко подумала и решила, что возьму самую крайнюю комнату, которая без мебели, — она потёрла свой подбородок, — только мой матрас заберём.
Да, застилать кровать пять на три метра, думаю, весьма проблематично. Блин, да у меня, по-моему, комната в общежитии в прошлой жизни была меньше, чем эта кровать. Что ни говори, даже для меня это может стать проблемой. Да и честно сказать, такая кровать для меня одного будет слишком шикарно, потому нужно искать альтернативу, хоть ты блин себе горничную нанимай.
Тут у меня возник вопрос.
- Лили, а ты в какой комнате будешь? — спрашиваю у своей рогатой энциклопедии.
- Я буду... с вами? — удивлённо спросила девушка.
- Конечно же, с нами, по-другому и быть не могло, что вообще за вопросы? - сказал я возмущённо.
После всего, что было, после всей заботы, которую она мне подарила, и после нашей бурной ночи, она ещё спрашивает. Иногда я не очень хорошо понимаю местных жителей, у них немного странная логика, особенно в вопросах отношений, или, возможно, это моя логика кажется им странной.
Я заметил интересную вещь, касающуюся интимной близости: секс здесь ни для кого не значит ничего особенного, это скорее способ удовлетворения похоти. Хотя, если рассуждать логически, у зверолюдов либидо гораздо сильнее, чем у людей, и поэтому они хотят интимной близости гораздо чаще. Опять же, всё зависит от подвида.
То, что Лилиана задаёт такие вопросы, обескураживает меня. Она моя первая женщина, которая действительно заботилась обо мне и любила меня, я бы никогда её не оставил одну. Я поднимаюсь с дивана и подхожу к Лилиане.
— Лили, неужели ты думаешь, что после всего, что было, после всей твоей заботы обо мне, я бы смог оставить тебя одну? — спрашиваю я, наклоняясь на уровне её глаз, наши лица находятся в считанных сантиметрах друг от друга.
— Я... — она замялась, — я просто думала, что...
На её глазах появляются слёзы, но улыбка на лице говорит о том, что это слёзы не от горя.
— Не думай, Лили, просто будь со мной, — я улыбаюсь ей и большими пальцами вытираю слёзы с её щёк, — будь с нами.
— Я буду, — тихо шепчет она.
Я возвращаюсь на своё место, и девушки начинают галдеть с новой силой. Каждый выбирает, где будет спать, куда передвинуть шкаф, куда приколотить полку, и так далее. После этого они собираются вместе и начинают спорить друг с другом, тыкая пальцем, где что будет находиться. Они все летают по дому, обсуждая разные мелочи, а я просто сижу на диване и наслаждаюсь спокойствием. На моём лице играет улыбка, ведь я понимаю, что это теперь мой дом... И его необходимо защищать.
После этих мыслей моя улыбка исчезает, особенно о предстоящих событиях и о том, что я себя сейчас приковал к этому месту. Теперь я осознаю, что это мой дом, и мне нужно будет его как-то сохранить, хотя велика вероятность, что мне придётся бросить его и спешно покинуть это место. От этих мыслей я кривлюсь.
Тут в зал забегает Дакнес, её глаза горят жёлтым огнём.
— Масимилиан! — восклицает она, держа кулачки перед собой и переминаясь с ноги на ногу, — ты немедленно должен увидеть это.
Господи, что они там нашли? Я отрываюсь от своих размышлений и тяжело вздыхаю.
— Ладно, пошли, покажешь, что там у вас.
— Идём, — быстро произносит она с нетерпением и как метеор несётся в коридор. Мне ничего больше не остаётся, как следовать за ней.
Мы проходим по коридору и подходим к помещению, напоминающему мелкую кладовку. Там были разнообразные полки, которые сейчас пустовали, но интересным было не это, а то, что в полу обнаружился деревянный люк. Он был практически незаметен, так как был деревянным и был одного цвета с полом, если бы не мелкий крючок снизу, его можно было бы даже не найти. Интересно, если не смотреть на пол, никогда не догадаешься, что здесь что-то есть. Даже если присмотреться, не сразу можно заметить.
— Давайте откроем! — воскликнула краснокожая.
Конечно, не стоило бы открывать подозрительные подземные ходы, ведь именно так начинаются все ужастики. Но и оставлять это просто так нельзя. Нужно хотя бы узнать, что там находится. Возможно, это обычный винный погреб, хотя я не понимаю, зачем его так маскировать.
— Я видела здесь подсвечник со свечами, — произнесла Лилиана, — сейчас принесу.
Через несколько секунд Лили принесла массивный металлический подсвечник, на котором стояла одинокая полусгоревшая свеча.
— А спички есть у кого-нибудь? — спросил я.
Девушки переглянулись друг с другом, и ответ был очевиден.
Что интересно, в этом мире есть спички, и что забавно, продаются они на развес, а вот чиркала к ним нужно покупать отдельно. Не удивлюсь, если хозяин погрызенного яблока из моего мира является попаданцем из этого или наоборот. В общем, как посмотреть.
В итоге я тяжело вздохнул, взял подсвечник в руки, как биту, и открыл подвал. Прислушался, но не услышал никаких звуков, ни вдохов, ни ветра — ничего, что указывало бы на присутствие разумной жизни. Поэтому я начал спускаться вниз. Лез я очень аккуратно, не желая навернуться с лестницы, которая могла быть не очень прочной. Тем не менее, я слез без особого труда и встал на каменную кладку, стараясь привыкнуть к темноте. Свет, который шёл из люка, давал мало простора для осмотра всего окружающего, но когда мои глаза немного привыкли, я начал различать силуэт какого-то стола. Подойдя к нему ближе, я увидел, что на столе стоит подсвечник, а рядом насыпано много спичек и чиркал. Недолго думая, я поджёг местный светильник и приподнял его над головой...
— Ну нихуяшика о себе! — выдал я вслух.
— Маси, что там такое? — спросила беспокойная тавра.
— Тут... Эм... — я замялся, не зная, как подобрать нужные слова, — в общем, мне кажется, у Дакнес появилась новая комната.
Не знаю, кем был прошлый владелец этого дома, но мне кажется, даже самые конченные извращенцы назвали бы его больным психом и посоветовали бы обратиться к психиатру. Потому что это была целая БДСМ-комната: здесь стояли колодки, на стенах висели плётки, причём абсолютно разные — от стандартных кожаных до таких, где на конце были крючки, а некоторые из них были с металлическим шариком на конце. Также тут была дыба, и кажется, гинекологическое кресло, а также деревянный... Конь?! Не знаю, как называется это приспособление треугольной формы, но что-то похожее я видел в одном хентае. А про то, что тут куча сковывающих и связывающих предметов, пожалуй, даже не стоит рассказывать. А кляпы разных форм... Мне вот интересно, тот хозяин дома, торговец, про которого говорила директриса, он вообще был торговцем или торговкой? Просто сейчас у меня возникают некоторые противоречия, особенно насчёт местного инвентаря.
Девушки, заметив свет, начали спускаться одна за другой. Дакнес оказалась последней. Когда она встала на пол и оглядела всё помещение, на её глазах появились слёзы радости.
— Какое прекрасное место, — прошептала она, — неужели всё это принадлежит мне?
— Кажется, не стоило ей этого показывать, — с флегматичным видом произнесла кошка. В её глазах не было даже удивления, словно она видела подобное каждый день и не раз, да и вообще устала от этого.
— Но здесь так красиво, и столько всего... — Дакнес перевела взгляд на резиновые члены. — Только я не понимаю, зачем эта дубинка... О, а она похожа на Масин член.
— Кхе-кхе, — зашёлся я в приступе кашля, — с чего ты это взяла?
Девушка с недоумением посмотрела на меня.
— Ну так я же вчера во рту его держала, а ещё между грудей тёрла.
— КХЕ-КХЕ, КХЕ-КХЕ. — сейчас у меня начался действительно сильный приступ кашля, и, кажется, я поперхнулся, хорошо хоть не хером.
Все перевели на неё взгляд, а у Тавры глаза, казалось, налились кровью.
— Ты... Что... Вчера... Делала? — проговорила она с перекошенным от ярости лицом, каждое слово было как гвоздь в крышку гроба.
Дакнес посмотрела на неё с недоумением.
— Ну, мне вчера Мори сказала так сделать, сказала, что Масимилиану это очень нравится, а потом меня оттащила та ушастая мышь, и снова меня связала... Какие же у неё сильные ручки... — проговорила она растерянно, а от последней фразы немного закатила глаза, после тряхнула головой и спросила: — А что, мне не надо было так делать?
— Мори! — сказал я, с яростью ища глазами кошку. — Мори?
И увидел, как в люке только мелькнула её нога и хвост... вот ведь чертовка, сбежала. Я повернулся к Дакнес.
— Пойми меня, никто тебя не должен заставлять это делать, — старался мысленно подобрать нужные слова.
Мне выдали то, от чего я просто охренел.
— Ну так я сама хотела попробовать, да и к тому же Мори и Мумини часто так делали, когда ты спишь, а ещё иногда почему-то прыгали на тебе. Правда, зачем-то тебе давали тот порошок, от которого хочется спать...
— Да вы охуели, — вырвался из меня сиплый голос, и я перевел взгляд на Тавру, — что за хуйня!
Тавра тут же стушевалась, её глаза начали метаться из стороны в сторону, а Лилиана смотрела с полным охреневанием в глазах, и похоже даже не осознавала, что происходит, стоит и глазками только хлоп, хлоп.
— Маси, ты пойми... — начала тавра, — ты был постоянно напряжён, а Мори говорила, что это тебе поможет, да и на утро ты всегда был с улыбкой на лице.
Ну охренеть просто и не встать, то есть пока я считал себя девственником, а меня уже давно поимели, и похоже не по одному разу...
Я стоял около минуты и смотрел на них пустым взглядом, а потом...
— Ха-ха-ха-ха — разорвал меня дикий ржач.
— Эм, Маси? — осторожно спросила тавра.
Ну я ничего не ответил, а лишь продолжал ржать как конь.
— Может, его свяжем, — спросила Дакнес, — а потом меня.
Моя истерика не останавливалась.
Это же надо так, я думал, что хожу девственником, и боялся, что таким и подохну... А я ведь ещё удивлялся, что легко переношу воздержание, а тут оказывается... Хахахаха.
А я же всё продолжал смеяться не останавливаясь ещё минута три, а потом просто подошёл к девчонкам и сгрёб их в охапку.
— Мои дорогие, я вас люблю. — произнес я, крепко обнимая своих красавиц.
— Ты не злишься? — осторожно спросила тавра.
— Я? — удивленно приподнял бровь. — Я в ярости, но... Ха-ха-ха...
И вновь мой истерический смех разразился в воздухе. Как же так? Пока я искал и думал, как решить проблему, девушки уже всё решили, и, похоже, даже не поставили меня в известность. Кажется, они использовали меня... Как игрушку.
Отсмеявшись и отстранившись от них, я задал вопрос:
— И как давно вы меня... — я не стал продолжать.
— Ну... Я с твоего дня рождения... А Мори, похоже, ещё раньше... Намного...
Охренеть. Просто охренеть.
Пока я стоял и обдумывал сложившуюся ситуацию, девушки разошлись по комнате, полной тайн и загадок. То, что здесь пыли почти с палец толщиной, говорит о том, что это место не подарок от Шаяны, хотя я и не был бы удивлён.
Тут подала голос краснокожая:
— А что в этих сундуках?
Мы подошли к Дакнес и увидели два деревянных сундука, обитых железными полосами. Один был относительно небольшим, больше напоминал большой ларец, а другой — довольно длинным и высоким.
— На них замки, надо как-то их снять, может, тут есть ключ... — сказала Лили, но тавра просто схватила замок руками и уперлась нагой в сундук.
Раздался треск, и в руках тавры остался замок вместе с «мясом». Я посмотрел на неё нечитаемым взглядом. Похоже, тогда она дала мне пощёчину, сильно пожалев, и лишь слегка погладила, можно сказать, даже любя. Божечки... Это же сколько в ней силы... Бррр. А если она во время нашей страсти войдёт в ажиотаж, то это смерть через сну-сну. Так не думать о ерунде, просто не думать.
Но как бы то ни было, за мою поруганную невинность нужна жестокая месть. Я оглядываюсь на местный инвентарь, и на моём лице появляется улыбка, от которой Мумини побледнела, а Дакнес начала предвкушать веселье.
— Маси, я не знаю, что ты задумал, но может не надо? — спросила Мумини.
— Надо, Мумини, надо. — подхожу и глажу её по голове.
Сейчас розовые волосы тавры были завязаны в конский хвост, а её волосы такие мягкие... Стоп, а чем у неё завязаны волосы?
— Наклони голову.
Она послушно выполняет.
— Хм, а вот нашлись трусы Амины.
— Что? — её глаза стали большими. — Разве это не резинка для волос?
— Нет.
— Дакнес... — прошипела тавра.
— Что Дакнес?! — всплеснула руками краснокожая девушка. — Они у тебя вообще-то на рогах болтались, я думала ты их используешь вместо резинки.
— Гррр — зарычала Мумини не хуже ротвейлера.
— Девушки давайте оставим эти разборки на потом, давай посмотрим, что в сундуках.
Тавра кивнула и сломала второй замок. Мы откинули крышки и немного охренели. В большом и длинном сундуке лежали мечи, а во втором...
— Это что за хрень? — невольно вырвалось у меня.
Там лежали свитки и письмо.
