Lex Nov
boosty
Жёсткий Попаданец. Глава семнадцать. (Второй том)
🕑 Added 2025-05-09 19:50:00 +0000 UTCТраты, траты и снова траты... Я никогда не был жадным, но сейчас, когда я смотрю на все эти расходы, мне хочется плакать и биться в истерике. Официально караванщиком стала мать Амина, и мы закупили продовольственные товары. Мы, конечно, купили много продуктов, чтобы нам хватило запасов на долгое время. Также мы не поскупились и приобрели настоящие товары, такие как специи, которые выращивали в этом регионе, и некоторые алхимические травы. Мы подумали, что зачем нам ехать как беженцы, если всё это барахло мы сможем неплохо продать, к тому же оно хранится долго, да и мать Амины тоже внесла свою финансовую лепту в наше общее дело. Для этих целей мы приобрели четыре повозки: одна для нашего продовольствия, другая для товаров, а остальные — как транспорт передвижения.
У мышки оказалась большая семья, состоящая из матери, трёх сестёр и тёти, и все они были из мышиного подвида. Им нужно было собрать много вещей, а также за одни сутки продать лавку, если не получится то хотя бы за два. У лысого волка была жена и приёмная дочь, которым тоже нужно было место под некоторые вещи. У Кены и Тари родни не было, как и вещей, поэтому им не нужно было собираться. У Адрианы тоже не оказалось родных, в раннем детстве она попала в приют, где её удочерили. Её опекуны были торговцами, но год назад случилась трагедия — виверны напали на их караван, и её опекуны погибли.
- Вот такие дела, Маси, — закончила свой рассказ полукровка.
- Слушай, это может показаться неуместно, но неужели мать зверолюд не может выносить от человека? — спросил я.
- В четырёх из десяти случаев они погибают, — вздохнула девушка. — Не знаю, с чем это связано, но когда женщина-зверолюд вынашивает от человека, она сильно худеет и слабеет, а роды могут быть тяжёлыми. Вот почему нас, полукровок, не любят и считают, что мы приносим неудачу в семью, хотя это так и есть.
Из её груди вырвался тяжёлый вздох. Было понятно, что она переживает из-за гибели матери, ведь у неё как и у меня они погибли при родах. Я то осознавал, что здесь нет нашей вины, но сейчас по девушке было видно, что это для неё тяжёлый груз. Это также объясняет, почему полукровок очень мало, хотя по физическим данным мы значительно превосходим местных обитателей. Даже эта хрупкая девушка могла бы потягаться с моей таврой, а они считаются самыми сильными из своего подвида. С ними могут посоперничать только волки и медведи. Медведи берут грубой силой, хотя тавры проворнее их. Волки, хоть и слабее тавров, но быстрее их. Хотя говорят, есть ещё зверолюди из львиного подвида, которые вообще машины убийств, но они живут в отдельном клане и не принимают чужаков.
- Адриана, ты пойми, — сказал я, стараясь подобрать слова, — в том, что произошло, нет твоей вины, в этом абсолютно никто не виноват.
- Знаю, но легче от этого не становится...
Сейчас мы шли по улице города, направляясь в лавку, где продаются палатки и всё необходимое походное снаряжение: котелки, топорики и так далее. Нам нужно было закупить на целую толпу, и такими темпами мой кошелёк скоро начнёт показывать дно. Прокрутив в голове наш разговор, моё сердце сжалось от страха, и я задал девушке вопрос, который давно уже следовало узнать.
- Слушай, — начал я с опаской, — а если одна из девушек, что живёт со мной, забеременеет от меня, то она...
Я не стал заканчивать фразу, надеясь на сообразительность своей знакомой.
- А? — кажется, сначала она не поняла, о чём я, но в её глазах появилось осознание. — На этот счёт можешь не переживать. У полукровки со зверолюдом вполне нормальное потомство, и никаких осложнений нет, так же как и у человека с полукровкой. Мы что-то наподобие золотой середины.
Я выдохнул с неимоверным облегчением, ведь до этого я даже не задумывался об этом. Насколько я знаю, если девушка из мышиного подвида захочет потомство с каким-то другим видом, то большая вероятность, что родится именно мышь. Таких как полукровок от одного зверолюда и другого зверолюда не бывает. То есть родится по сути один вид, и в большинстве случаев ребёнок родится такого же вида, как и мать. То есть это только у человека и зверолюда рождаются полукровки.
Сегодня рядом со мной шла девушка, которая своим видом невольно радовала мой взор. Вместо привычной брони на ней было лёгкое летнее платье, что удивительно сочеталось с мягким климатом этого региона, почти тропическим. Здесь я никогда не видел снега, а температура воздуха никогда не падала ниже пятнадцати градусов.
Мне здесь действительно нравилось, и решение покинуть эти места давалось с трудом. Хотелось бы просто окружить себя любимыми девушками, жить и наслаждаться жизнью, но, как показала практика, где есть разумные существа, всегда найдётся место для конфликта, который может перерасти в войну.
Я снова перевёл взгляд на девушку. Её глаза и волосы были очень притягательны, а шикарный вырез на её белом платье, прямо м-м-м. И неизменный кожаный корсет на талии, который в этом городе носит чуть ли не каждая. В общем, у меня была довольно приятная компания, жаль, что это не праздная прогулка.
В этом мире у меня такой цветник, что любой бы из прошлого мира позавидовал, а сейчас я иду и пялюсь на ещё одну. Тфу. Так что, Мася, соберись и не пялься на вырез в её платье.
У мышки оказалась большая семья, состоящая из матери, трёх сестёр и тёти, и все они были из мышиного подвида. Им нужно было собрать много вещей, а также за одни сутки продать лавку, если не получится то хотя бы за два. У лысого волка была жена и приёмная дочь, которым тоже нужно было место под некоторые вещи. У Кены и Тари родни не было, как и вещей, поэтому им не нужно было собираться. У Адрианы тоже не оказалось родных, в раннем детстве она попала в приют, где её удочерили. Её опекуны были торговцами, но год назад случилась трагедия — виверны напали на их караван, и её опекуны погибли.
- Вот такие дела, Маси, — закончила свой рассказ полукровка.
- Слушай, это может показаться неуместно, но неужели мать зверолюд не может выносить от человека? — спросил я.
- В четырёх из десяти случаев они погибают, — вздохнула девушка. — Не знаю, с чем это связано, но когда женщина-зверолюд вынашивает от человека, она сильно худеет и слабеет, а роды могут быть тяжёлыми. Вот почему нас, полукровок, не любят и считают, что мы приносим неудачу в семью, хотя это так и есть.
Из её груди вырвался тяжёлый вздох. Было понятно, что она переживает из-за гибели матери, ведь у неё как и у меня они погибли при родах. Я то осознавал, что здесь нет нашей вины, но сейчас по девушке было видно, что это для неё тяжёлый груз. Это также объясняет, почему полукровок очень мало, хотя по физическим данным мы значительно превосходим местных обитателей. Даже эта хрупкая девушка могла бы потягаться с моей таврой, а они считаются самыми сильными из своего подвида. С ними могут посоперничать только волки и медведи. Медведи берут грубой силой, хотя тавры проворнее их. Волки, хоть и слабее тавров, но быстрее их. Хотя говорят, есть ещё зверолюди из львиного подвида, которые вообще машины убийств, но они живут в отдельном клане и не принимают чужаков.
- Адриана, ты пойми, — сказал я, стараясь подобрать слова, — в том, что произошло, нет твоей вины, в этом абсолютно никто не виноват.
- Знаю, но легче от этого не становится...
Сейчас мы шли по улице города, направляясь в лавку, где продаются палатки и всё необходимое походное снаряжение: котелки, топорики и так далее. Нам нужно было закупить на целую толпу, и такими темпами мой кошелёк скоро начнёт показывать дно. Прокрутив в голове наш разговор, моё сердце сжалось от страха, и я задал девушке вопрос, который давно уже следовало узнать.
- Слушай, — начал я с опаской, — а если одна из девушек, что живёт со мной, забеременеет от меня, то она...
Я не стал заканчивать фразу, надеясь на сообразительность своей знакомой.
- А? — кажется, сначала она не поняла, о чём я, но в её глазах появилось осознание. — На этот счёт можешь не переживать. У полукровки со зверолюдом вполне нормальное потомство, и никаких осложнений нет, так же как и у человека с полукровкой. Мы что-то наподобие золотой середины.
Я выдохнул с неимоверным облегчением, ведь до этого я даже не задумывался об этом. Насколько я знаю, если девушка из мышиного подвида захочет потомство с каким-то другим видом, то большая вероятность, что родится именно мышь. Таких как полукровок от одного зверолюда и другого зверолюда не бывает. То есть родится по сути один вид, и в большинстве случаев ребёнок родится такого же вида, как и мать. То есть это только у человека и зверолюда рождаются полукровки.
Сегодня рядом со мной шла девушка, которая своим видом невольно радовала мой взор. Вместо привычной брони на ней было лёгкое летнее платье, что удивительно сочеталось с мягким климатом этого региона, почти тропическим. Здесь я никогда не видел снега, а температура воздуха никогда не падала ниже пятнадцати градусов.
Мне здесь действительно нравилось, и решение покинуть эти места давалось с трудом. Хотелось бы просто окружить себя любимыми девушками, жить и наслаждаться жизнью, но, как показала практика, где есть разумные существа, всегда найдётся место для конфликта, который может перерасти в войну.
Я снова перевёл взгляд на девушку. Её глаза и волосы были очень притягательны, а шикарный вырез на её белом платье, прямо м-м-м. И неизменный кожаный корсет на талии, который в этом городе носит чуть ли не каждая. В общем, у меня была довольно приятная компания, жаль, что это не праздная прогулка.
В этом мире у меня такой цветник, что любой бы из прошлого мира позавидовал, а сейчас я иду и пялюсь на ещё одну. Тфу. Так что, Мася, соберись и не пялься на вырез в её платье.
— Знаешь, кажется, наши сборы затянутся на пару дней, — неожиданно произнесла девушка.
Я тяжело вздохнул.
— Да, я уже понял. Пока соберут все вещи, пока упакуют, хотя бы к завтрашнему вечеру закончить.
— А ты как думаешь, мы сможем устроиться на новом месте?
— Не знаю, но я думаю, что будет намного лучше, чем когда придут люди. На крайний случай у меня есть ещё небольшие запасы финансов. — Я не стал уточнять, каких именно, кровавый камень всё же хочется приберечь до лучших времён.
— Это хорошо, и спасибо, что взял меня к себе в отряд. Обычно девчонок берут с неохотой, к тому же я полукровка.
— А я по-твоему кто? — с улыбкой смотрю на неё.
— Прости, забыла. — отвечает она с такой же улыбкой, а как поразовели её щёчки, прям затискать хочется, такая милашка... Которая спокойно взрослого мужика свернёт в бараний рог, разберёт на запчасти и сделает вид, что так и было.
Мы продолжили наш путь в тишине, каждый из нас думал о своём. Так сменилась одна улица, потом другая, и тут неожиданно мне кое-что попалось на глаза.
— Пойдём сюда зайдём, — коротко говорю девушке.
— А зачем нам? — спросила она с недоумением.
— Надо кое что спросить, а потом мы с тобой пойдём в таверну.
Та пожала плечами, и она молча двинулась за мной.
Мы зашли в каменное сооружение, где мирно раздавался звук удара металла об металл. Да, мы зашли в кузню, тут было довольно жарко, из-за чего меня сразу кинуло в пот. Не знаю, как правильно называется печь, где кузнец греет заготовку, но жар оттуда валил такой, что мне кажется у меня сейчас загорятся волосы.
Зверолюд оказался из подвид мышей, его чёрные волосы немного забавно смотрелись с его тёмными ушами, а то каким он оказался качком я даже говорить не хочу, у меня сразу появляется ассоциация Микки Маусом на стероидах. В общем, такая мышь с лёгкостью ввалит хороших тумаков кучи котов, а потом ещё этими же котами и закусит... Что-то я проголодался, надо будет обязательно в таверну сходить что нибудь перекусить.
— Здравствуйте уважаемый, — пытался я перекричать звон металла, благо у меня вышло.
Зверолюд перестал бить по наковальне, отложил заготовку в сторону и посмотрел на меня.
— Чем могу помочь? — спросил кузнец, вытирая свои огромные руки о тряпку.
— Я бы хотел сделать у вас заказ.
— Что именно вас интересует? Оружие, столовые приборы, садовые инструменты?
— Нет, ничего из этого списка, — я покачал головой. — Я хочу заказать протез.
Он скептически осмотрел меня с ног до головы.
— Но у вас же все конечности на месте, — заметил он. — И вообще, по такому поводу лучше обратиться к плотнику.
Ага, к плотнику, чтобы он сначала мне отрубил конечности, а потом я пришёл к нему, что ли… Ах да, я же забыл, что в этом мире протезы в основном делают из дерева.
— Нет, я хочу создать особый протез, — сказал я. — Если у вас есть письменные принадлежности, я могу сделать набросок.
Зверолюд хмыкнул.
— Ну что же, пойдемте, вон там, на столе, у меня есть всё необходимое. Покажешь, что ты там придумал.
Мы подошли к столу, и так как в мастерской царил полумрак, он зажёг свечу, которая стояла на столе. Не знаю, из чего здесь делают свечи, но мне кажется, они намного ярче, чем в моём прошлом мире. Помню, как-то раз у нас почти сутки не было света, а фонарик был только на телефоне, поэтому пришлось доставать одну из свечей, которая пылилась, по-моему, ещё с советских времён. Так вот, с уверенностью могу сказать, что та свеча давала света в два или даже в три раза меньше, чем та, что сейчас стоит на столе.
Я начал рисовать, а точнее, чертить, благо в институте с этим было легко. Я сделал чертёж с нескольких ракурсов, чтобы было понятнее, что я от него хочу. Сначала он смотрел из-за моего плеча с недоумением.
— И что это за хреновина? — задал он весьма ёмкий вопрос.
— Как и говорил, это протез.
— Да это же ерунда какая-то, а не протез, где ты вообще видел такие протезы?
На YouTube, и тебя Микки Мауса там видел, блядь. Не серьёзно, что за вопросы, его вроде дело как делать, а не трындеть под ухом.
— Завтра я приду за ним, — не стал я вступать с ним в спор, а просто поставил перед фактом. За последние дни у меня и так нервы не в порядке, а тут он со своей «хреновиной».
Знаю, что выглядит как «хреновина», но если бы я сам не видел своими глазами, как эта «хреновина» работает, то, скорее всего, так же возмущался бы.
— Ну фиг с ним, сделаю я тебе эту хреновину, три золота за материал, четыре за работу. Придёшь через две недели.
Две недели?! Да охренеть просто, я уже послезавтра утром планирую сваливать нахер из этого города, а он мне ставит такие временные рамки, нет, товарищ мышь, так не пойдёт.
— Если сделаете завтра к утру, я накину ещё пять золотых!
— Семь золота и придёшь к обеду.
Ну в принципе неплохо, по крайней мере, могло быть намного хуже. Хотят давать четырнадцать золотых за протез — это немного жирновато, у плотника я вообще смог бы уложиться в серебро, но, к большому сожалению, он не сможет сделать то, что нужно мне.
В конструкции, которую я начертил, не было ничего сложного. Она состояла из гильзы — места, куда будет вставляться культя, — и что-то наподобие пятки, где будет фиксироваться протез. Я начертил конструкцию так, чтобы её можно было подогнать под нужный размер, если я ошибся.
Сам протез напоминал лапу гепарда: он не был прямым, а загнут назад. Я также указал, какие материалы должны быть использованы — достаточно прочные и в то же время гибкие. Кузнец заверил меня, что всё будет сделано на высшем уровне.
Пока я находился в кузнице, с меня сбежало пятнадцать потов, а этому ушастому кузнецу хоть бы что. Распрощавшись с ним, я поспешил на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Как только я вышел за дверь, меня обдуло прохладным ветерком.
— М-м-м, как же хорошо! — проговорил я с блаженной улыбкой.
В этот момент на улице появилась моя знакомая, которая с таким же облегчением, как и я, вдохнула полной грудью.
— Как же прекрасно жить на белом свете! — с улыбкой сказала девушка.
Я перевёл на неё взгляд, и моя челюсть едва не упала на местную тротуарную дорожку.
— Что случилось? — спросила она у меня. — Ой!
Действительно, что произошло? Сейчас всё её платье было прозрачным, видимо, от пота. Сквозь белую ткань проглядывался чёрный кожаный лифчик, и мой взгляд невольно зацепился за её белые трусики, которые тоже просвечивались сквозь ткань.
— Теперь понятно, что имела в виду торговка, когда говорила, что под дождём в нём лучше не ходить.
Не знаю, что это за материал такой, но это было крайне необычно: казалось, что белая и плотная ткань при намокании становится почти прозрачной... Надо будет купить такие платья своим красавицам.
Я думал, что сейчас девушка просто соберётся и побежит переодеваться, но она лишь хмыкнула и пошла как ни в чём не бывало. Я стоял с открытым ртом. Спустя десяток шагов она остановилась и повернулась ко мне.
— Так мы идём в таверну или нет? — спросила она игривым голосом.
— Да, конечно, — торопливо заговорил я и последовал за ней.
***
— Ты представляешь, этот идиот предложил мне... ик... переспать. Этот парень, который даже не знает, с какой стороны браться за меч, — произнесла девушка, с трудом подбирая слова.
Мы находились в таверне и были изрядно пьяны. После того как мы с ней заказали местное пиво, я не стал отказываться, ведь после духоты в кузнице мне было необходимо охладиться. Мы выпили по бокалу, затем подняли тост за дружбу, а после этого продолжили, потому что уже были в состоянии опьянения и не могли остановиться.
— А ты что ответила ему? — спросил я, опираясь локтями на стол, потому что меня уже немного штормило.
— Я сказала ему, что если он сможет меня одолеть, тогда и переспим. После того как я сломала ему первый палец, он расплакался.
Из меня вырвался нервный смешок, потому что всего лишь две минуты назад я сам хотел предложить ей то же самое, только не в смысле сломать мне пальцы, а переспать.
Сбоку от меня раздался хрипловатый голос:
— Эй, красавчик, может, выпьем?
Повернув голову, я увидел лисицу с чёрными длинными волосами, одетую в рабочий комбинезон, заляпанный пятнами. Но что самое забавное в её одежде было то, что кроме комбинезона на ней больше ничего не было. Она была очень пухлой, а её большая грудь... нет, она была просто огромной и едва не вываливалась из комбинезона на лямках.
Как я уже говорил, в этом мире даже у самых толстеньких девушек очень милое личико, и эта лисица не была исключением.
— Ты представляешь, этот идиот предложил мне... ик... переспать. Этот парень, который даже не знает, с какой стороны браться за меч, — произнесла девушка, с трудом подбирая слова.
Мы находились в таверне и были изрядно пьяны. После того как мы с ней заказали местное пиво, я не стал отказываться, ведь после духоты в кузнице мне было необходимо охладиться. Мы выпили по бокалу, затем подняли тост за дружбу, а после этого продолжили, потому что уже были в состоянии опьянения и не могли остановиться.
— А ты что ответила ему? — спросил я, опираясь локтями на стол, потому что меня уже немного штормило.
— Я сказала ему, что если он сможет меня одолеть, тогда и переспим. После того как я сломала ему первый палец, он расплакался.
Из меня вырвался нервный смешок, потому что всего лишь две минуты назад я сам хотел предложить ей то же самое, только не в смысле сломать мне пальцы, а переспать.
Сбоку от меня раздался хрипловатый голос:
— Эй, красавчик, может, выпьем?
Повернув голову, я увидел лисицу с чёрными длинными волосами, одетую в рабочий комбинезон, заляпанный пятнами. Но что самое забавное в её одежде было то, что кроме комбинезона на ней больше ничего не было. Она была очень пухлой, а её большая грудь... нет, она была просто огромной и едва не вываливалась из комбинезона на лямках.
Как я уже говорил, в этом мире даже у самых толстеньких девушек очень милое личико, и эта лисица не была исключением.
Я не привык, чтобы ко мне подкатывали, а тут прямо...
— Эй, слышишь, ушастая, — сказала Адриана, — уходи отсюда, пока я тебе хвост не оторвала.
— Сиди на жопе ровно, мелкая, — злобно ухмыльнулась черноволосая лисица, — я всего лишь хочу выпить с твоим парнем.
— Он не мой парень! — воскликнула она.
— Ну так тем более молчи.
То, что лисица тоже была пьяна, легко угадывалось по её глазам и манере речи.
— Ты кого затыкаешь, херня ты шелудивая.
— Что ты сказа...
Но договорить она не успела, так как в её лицо прилетела табуретка.
— Ну нихуя себе... — только и смог выдавить из себя.
Лисица упала, но, скинув с себя табуретку, быстро подскочила на ноги и крикнула:
— Сёстры, наших бьют!!!
С этим криком она кинулась на мою подругу. Адриана, даже будучи пьяной, спокойно увернулась от пухлой лисицы и прописала ей поджопник прямо под её пушистый хвост. Она пролетела дальше и влетела за столик, где выпивали другие посетительницы.
— Сука, всё бухло разлили!
Как ни странно, но в этом баре коллектив был в основном женский, только в углу расположилась группа мужиков, которые с интересом наблюдали за начинающимся побоищем.
Одна из сидевших за столом кинулась на мою подругу, а две других начали пинать бедную лисицу.
Дальше началась настоящая драка. Все дрались со всеми. Моя подруга с лёгкостью раскидывала нападавших, а я уже был настолько пьян, что не мог встать из-за барной стойки. И тогда я принял для себя важное решение.
— Эй, трактирщик, налей мне ещё бокал...
