Lex Nov
boosty
Отомэ игра. Новая жизнь ликвидатора. Глава 17
🕑 Added 2025-09-17 16:17:28 +0000 UTCПосле происшествия на дороге наш путь до города проходил в относительной тишине, если не считать одного раздражающего фактора. Я едва сдерживался, чтобы не вонзить нож в горло этого человека.
— И всё же, как такое юное дарование, как вы, смогло убить столько людей? — произнес мужчина в латах, капитан Лернс. — Эти разбойники славились своей жестокостью, а большинство из них были бывшими дезертирами и прекрасно знали, как держать меч в руках.
— Как я уже говорил, мне просто повезло, они не ожидали серьёзного сопротивления с моей стороны, — повторил я.
Капитан напоминал мне следователя, который пытается поймать меня на мелочах. Видимо, ему не впервой проводить такие допросы, но и я в этом деле не новичок. Сейчас в карете нас уже пятеро: Лука и Лина, которым пришлось потесниться из-за Лернса, а так же я с сестрой, а один из людей капитана, сейчас сидел снаружи и вёл карету. Нас сейчас сопровождала колонна вооружённых людей. Капитан решил доставить нас до безопасного места, хотя до самого города мы и не успеем добраться, а придётся заночевать в одной из деревень в трактире, там же мне придётся скорее всего нанять нового кучера, потому что с этим капитаном я хочу распрощаться, бесит.
— Да, пожалуй, так и есть, — он пристально посмотрел мне в глаза. — Знаете, юноша, у вас такой взгляд, который не у каждого ветерана увидишь.
— Нормальный взгляд у моего братика, он такой с детства, — сказала Элинор, прижимаясь ко мне поближе. После нападения она не отлипает от меня. — И вообще, он очень хороший и добрый.
— Хороший и добрый... — капитан усмехнулся. — Убил почти десять человек, а лицо такое, как будто обувь почистил.
— Тех, кого я убил, нельзя назвать людьми, — я пожал плечами. — Это мрази, недостойные жить.
— Здесь я с вами соглашусь, такие люди давно не являются людьми, — произнёс капитан. — Не подумайте, юный Вермонд, просто меня поразили ваши навыки: метание ножей, боевая магия, пусть и низкого ранга, холодный рассудок. Я уверен, что вы скрываете ещё очень многое.
— Вы меня в чём-то подозреваете? — я посмотрел на него, выгнув бровь.
— Нет, что вы, просто я хотел бы, чтобы такой человек, как вы, однажды вошёл в мой отряд. Жаль что ваше происхождение вряд ли позволит вам это сделать, я просто не могу понять, где вы всему этому научились, но мне хотелось бы, чтобы мои бойцы обладали подобными навыками, чтобы в случае опасности они могли позаботиться о себе. Буду откровенен, большинство молодняка, который сейчас состоит в моём отряде, ни на что не годятся. Большинство из них вчерашние крестьяне, а некоторые — бастарды, которых фактически не признали в родном доме, и они всегда были изгоями. И вот из этого мне приходится лепить воинов, которые не сдохнут в первые же секунды от рук бандитов, и это, хочу вам сказать, не просто.
— А разве ваши войны не прошли обучение в школах меча?
— Такое не каждый может себе позволить, туда отправляют в основном тех, о ком позаботились семьи, в основном из благородных, или же когда кто-то сильно выделился.
Мг, значит, кадровый голод, только я всё не могу понять, чего он от меня хочет. То, что он меня вербует, это притянуто за уши, ведь мало кто из благородных пойдёт в конную стражу, которая будет патрулировать дороги, конечно, есть такие, но это скорее исключение.
— Простите меня, многоуважаемый Лернс, но я так и не могу понять, чего вы от меня хотите. Я убил тех разбойников, и это было моё право на защиту. В ваш отряд я не вступлю, сами понимаете причины. И давайте будем откровенны: если бы разбойникам удалось задуманное, то в халатности уже обвинили бы вас, а вы сейчас устраиваете мне допрос словно какому-то преступнику.
Мужчина задумался и начал разглаживать свои пышные усы.
— Я просто не могу понять, откуда у вас такие навыки, как у профессионального убийцы. Не поймите меня неправильно, это само по себе невероятно, особенно для благородного человека, который нигде не обучался. Прошу прощения, но обычно родители, особенно среди аристократов нынешнего поколения, всегда оберегают своих детей. Чтобы человек вроде вас смог справиться с целой бандой головорезов — это что-то из ряда вон выходящее.
Прежде чем я успел ответить, заговорила моя сестра.
— Мой брат всегда был невероятен, — сказала Элинор. — Он с самого детства меня защищает, хотя я даже старше его. Пусть его родители никогда не учили его, но я видела, сколько усилий он прилагает, чтобы всему научиться самостоятельно и стать сильнее.
— Вот как? — мужчина пристально посмотрел на меня. — А зачем это вам? Я думал, что аристократы в последнее время учатся только тому, как вести себя на светских мероприятиях, разбираться в столичной моде и правильно вести интриги.
— Пф, хихи — засмеялась Эли. — Вы только что описали моего старшего брата.
— Вот как? — улыбнулся мужчина. — А что же тогда заставляет тебя, юный Тогрин, оттачивать свои навыки?
— Забота об этой мелкой непоседе, — я кивнул головой в сторону девушки. — Лучше сейчас отточить боевые навыки, чем потом жалеть, если вдруг случится беда, а мирному ремесло я успею научиться позже.
— Слова не мальчика, а мужа, что же, я услышал, что хотел. А мне ещё писать отчёт по этому поводу, — у него вырвался тяжёлый вздох, причём очень тяжёлый. Кажется, он так же не любит бюрократию, как и я.
В следующий час мы ехали в тишине. Элинор, кажется, успокоилась и, обняв меня за плечо, уснула. Затем карета остановилась, и наш невольный пассажир вылез из неё и пересел на лошадь. Мы снова тронулись в путь, и спустя час уже слуги вырубились. Я же всё так же сидел напряжённо, вслушиваясь в обстановку снаружи.
Мне было крайне интересно, почему разбойники решили напасть на нашу ничем не примечательную карету. Мы купили её в городе, она была довольно обшарпанной, но всё же крепкой, а внутри обстановка была неплохой. Наш экипаж не был ни торговым караваном, ни с гербами какого-либо дома. На таких каретах часто ездят простые люди, которые, пусть и не богатые, но имеют вполне неплохой достаток. Грабить таких людей не имеет смысла, добыча вполне может не окупиться.
Однако на нас всё же напали. Судя по рассказам, это отребье не могли поймать весьма долга, а это уже говорит о том, что интеллект у их главаря был как минимум выше среднего. Рисковать ради дрянной повозки — это как-то через чур. Что-то здесь не сходится. Вряд ли ребятки настолько отчаялись, чтобы лезть в такую ситуацию.
О том, что среди сундуков есть ларец с артефактами и драгоценными камнями, здесь никто не знал, кроме меня и Элинор, если продать все его содержимое можно купить себе небольшой особняк вместе с прислугой. Конечно, здесь была довольно крупная сумма, которую выделил мне отец, но в ней тоже не было ничего сверхъестественного. Да и откуда могли разбойники о ней знать? А может быть, это чей-то заказ?! Это маловероятно, но откидывать полностью не стоит.
Если подумать, кому это может быть выгодно, самым первым вариантом напрашивается графиня Брадос, сестра моего деда. И я, и мой отец довольно сильно проехались по её самолюбию. Другой вариант — кто-то из врагов отца. Ведь сейчас он начинает более или менее поднимать семью с колен, и в таких делах можно отоптать множество мозолей.
Конечно, можно предположить, что мой брат мог стать виновником всех этих событий, но я не думаю, что он настолько недалёкий человек. Ведь, помимо меня, под удар попадает Элинор, а девушки в нашем доме всегда были важными политическими фигурами, особенно при заключении династических браков. Чтобы решиться на такой шаг, нужно быть действительно недалёким.
К сожалению, разбойников уже не допросишь. Возможно, это была лишь случайность, и я просто себя накручиваю. Мёртвых уже не допросишь... По крайней мере, я не собираюсь тащить их обратно к деду, сейчас есть дела поважнее.
С такими мыслями я продолжил свой путь. Часть конных всадников отстала, видимо, отправились проверять другие дороги. Я наблюдал, как мимо проносятся поля, где сейчас работают крестьяне. Небольшие поля, благодаря которым аристократы вроде меня не голодают. Мне очень нравился этот пейзаж, особенно бескрайнее зелёное поле, уходящее далеко за горизонт. Что-то в этом было умиротворяющее.
Обстановка стала ещё прекраснее, когда солнце начало клониться к закату и наполовину зашло за поле. Это действительно красивый вид, жаль, что в прошлой жизни у меня не было времени наслаждаться такими мелочами. И вот, когда я размышлял обо всём этом, на горизонте начала появляться деревня. Мы добрались до неё уже почти на закате, и на улице сильно стемнело. Мне пришлось растолкать слуг и свою сестру.
Когда мы подъехали к довольно крупному трактиру, я вылез из экипажа. Ко мне тут же подъехал усатый "дядька" и слез с лошади.
— Ну что же, юный воин, вот вы и в деревеньке "Большие холмы". Дальше вас сопровождать уже нет смысла. Там идёт крупный торговый тракт, и караваны ездят один за другим. Патрулируют эту дорогу довольно сильно, и разбойников там уже несколько лет не видели. Так что дальше вы уже сами.
— Благодарю вас, капитан Лернс, вы мне очень помогли, что доставили меня и мою сестру в целости и сохранности. — Я залез в карман и подкинул ему золотую монету, которую тот ловко поймал в воздухе.
— Не стоит благодарности, это моя работа. — Монету он всё же принял и спрятал.
На этот финт ушами мне оставалось лишь ухмыльнуться, но всё же я действительно был ему благодарен. Если бы знал, что мы влетим в такую ситуацию, то не поленился бы и нанял бы охрану. В этом мире проблем с наёмниками не существует, правда, не на всех можно положиться.
— Удачи вам капитан в ваших делах.
— И вам юный граф, приятно видеть, что не все нынешнее поколение потеряно. — После этих слов он развернулся и пошёл к своей лошади, а я не стал наблюдать, что будет дальше, и просто подошёл к сестре. Вместе мы направились в трактир.
Само помещение здания встретила нас с неизменной обстановкой в таких местах. Всё было выполнено из дерева, посреди зала горел большой очаг, который давал тепло в холодные вечера, а также отапливал верхние этажи. Тут была неизменная деревянная барная стойка, за которой стоял довольно пухлый мужичок. Как положено трактирщику, он протирал железный стакан довольно замызганной тряпкой. Мне иногда казалось, что эта манипуляция со стаканом пришла из древних времён, которая сохранилась даже в современном мире, из которого я прибыл. Да и вообще люди похожи везде, и кажется, они не меняются ни в одном из миров.
– Слушаю вас, молодые люди, – сказал трактирщик, когда я подошёл к нему.
– Нам нужно две комнаты на постой, – ответил я. В уме я прикинул, что мальчики будут с мальчиками, а девочки с девочками, поэтому двух комнат будет вполне достаточно.
– Семь серебряных и две медные, – предложил трактирщик.
– Нам ещё нужен ужин и завтрак на утро, – добавил я.
– На четыре персоны – одна серебряная, – повторил трактирщик.
Я протянул девять серебряных монет, и трактирщик отсыпал мне кучу мелочи, которую я передал Луке.
– Распорядись, пусть распрягут и накормят лошадей, – сказал я.
– Хорошо, господин, – поклонился парень и убежал.
Обстановка в трактире была довольно весёлой. Здесь сидело много народу, и все уже были слегка подвыпившими. Большинство из них были обычными крестьянами, которые после тяжёлого дня решили расслабиться. В уголке сидело трое бойцов, одетых в кожаную броню. Возможно, это были наёмники-новички или местные стражи.
Единственное, что меня напрягало, – это то, что моя сестра здесь привлекала внимание. По сравнению с местными крестьянскими девушками она была как ангел во плоти, и все подвыпившие мужчины невольно пялились на неё. Ей уже пятнадцать лет, и её фигура начала округляться во всех нужных местах. Если сейчас у неё грудь второго размера, то мне сложно представить, какой она будет к двадцати годам. А учитывая её умение строить жалостливые глаза, мужчины просто начнут падать к её ногам. Это, конечно, хорошо и замечательно, но мне как брату предстоит много мороки, чтобы какие-нибудь уроды не решили воспользоваться её наивностью.
– Эй, красавица, не хочешь отдохнуть в приятной компании? – раздался голос за моей спиной.
Началось.
– Простите, но я вынуждена отказаться, – ответила моя сестра.
– Какая вежливая… Гыгыгы… – рассмеялся кто-то. Я повернулся и увидел говорившего – молодого парня лет двадцати, за спиной которого стояла компашка таких же молодых и непуганных людей. Такие считают себя стаей хищников и ничего не боятся, когда рядом с ними их друзья. Хотя по одиночке они представляют собой жалкое зрелище. К сожалению, мне приходилось сталкиваться с такими неоднократно. А когда они напьются, то почему-то начинают верить, что весь мир принадлежит им и они могут творить с ним что хотят. Таких людей можно назвать только одним словом: Быдло. И таким лучше всего один раз вломить пизды, чем пытаться им что-то доказывать.
– Слышь коза, даже не представляешь, какие мы с парнями… – начал говорить бедолага, но не успел договорить, прилетевшая в лицо табуретка не сильно располагает к диалогу. Надеюсь, это не войдёт в привычку, хотя кому я вру, это уже давно стало моей привычкой, особенно с таким братом, как у меня.
Его «кореша» вскочили с мест, каждый взял в руки что было под рукой – бутылки, вилки и табуретки. А я поднял руку высоко вверх и продемонстрировал свой перстень.
– Я граф Вермонд, и если вы твари сейчас попробуете на меня напасть, лёгкой смерти не ждите, – сказал я. Его «кореша» сделали вид, что он им не кореш, и просто аккуратно сели на свои места и отвернули головы в стороны. Какими бы храбрыми они ни были (а храбрецами такие уроды бывают только в своей стаи), они прекрасно понимают, что с аристократией лучше не связываться, потому что могут вырезать этих дурачков вместе с семьями.
Я же в свою очередь поворачиваюсь к мачо... Или моча, в общем, сейчас бедолага зажимал свой нос и со страхом смотрел на меня, и действительно моча... Потому что лужу под его жопой видно вполне отчётливо. Я присаживаюсь к нему на корточки, как заправский гопник.
– Слышь, мудила, ты вообще понимаешь, когда девушка отказывает?
– П... П... Простите, – говорю он заикающийся голос, стараясь отползти в сторону, да только он упёрся в ножке Лине, которая сейчас нависла над ним, как коршун над курицей, девушка, конечно, она симпатичная растёт, но только вот «пикаперу» кажется не сильно рад этой компании. – Демон попутал...
На его слова я лишь улыбнулся.
Я почувствовал, как возле меня встала Элинор и со страхом прижимается ко мне, ведь она впервые попадает в такую ситуацию и не знает, что делать.
– Ну что же, на первый раз прощу.
– Правда?
– Нет.
И тут же из положения сидя бью ногой ему в лицо, чуть ли не вгоняю нос ему в затылок, бедолага упал и вырубился.
– Тогрин, не надо, – сказала Элинор, пытаясь оттащить меня, в принципе я и не сопротивлялся.
– Я уже всё, – с улыбкой произнёс я, а после повернулся к его друзьям, которые делали вид, что любуются противоположной стеной.
– Эй, дружки-пирожки, выкиньте этот мусор нахер отсюда, и надеюсь, никто из вас больше не вздумает устраивать здесь беспорядков.
А после я сел возле барной стойки и заказал чего-нибудь перекусить, а также лёгкое вино, а в голове невольно закрадывались мысли, что я почему-то становлюсь каким-то импульсивным, слишком как-то я резко на всё отреагировал, а это на меня не похоже...
– Твою мать... Вот только долбанных гормонов мне сейчас не хватало...
— И всё же, как такое юное дарование, как вы, смогло убить столько людей? — произнес мужчина в латах, капитан Лернс. — Эти разбойники славились своей жестокостью, а большинство из них были бывшими дезертирами и прекрасно знали, как держать меч в руках.
— Как я уже говорил, мне просто повезло, они не ожидали серьёзного сопротивления с моей стороны, — повторил я.
Капитан напоминал мне следователя, который пытается поймать меня на мелочах. Видимо, ему не впервой проводить такие допросы, но и я в этом деле не новичок. Сейчас в карете нас уже пятеро: Лука и Лина, которым пришлось потесниться из-за Лернса, а так же я с сестрой, а один из людей капитана, сейчас сидел снаружи и вёл карету. Нас сейчас сопровождала колонна вооружённых людей. Капитан решил доставить нас до безопасного места, хотя до самого города мы и не успеем добраться, а придётся заночевать в одной из деревень в трактире, там же мне придётся скорее всего нанять нового кучера, потому что с этим капитаном я хочу распрощаться, бесит.
— Да, пожалуй, так и есть, — он пристально посмотрел мне в глаза. — Знаете, юноша, у вас такой взгляд, который не у каждого ветерана увидишь.
— Нормальный взгляд у моего братика, он такой с детства, — сказала Элинор, прижимаясь ко мне поближе. После нападения она не отлипает от меня. — И вообще, он очень хороший и добрый.
— Хороший и добрый... — капитан усмехнулся. — Убил почти десять человек, а лицо такое, как будто обувь почистил.
— Тех, кого я убил, нельзя назвать людьми, — я пожал плечами. — Это мрази, недостойные жить.
— Здесь я с вами соглашусь, такие люди давно не являются людьми, — произнёс капитан. — Не подумайте, юный Вермонд, просто меня поразили ваши навыки: метание ножей, боевая магия, пусть и низкого ранга, холодный рассудок. Я уверен, что вы скрываете ещё очень многое.
— Вы меня в чём-то подозреваете? — я посмотрел на него, выгнув бровь.
— Нет, что вы, просто я хотел бы, чтобы такой человек, как вы, однажды вошёл в мой отряд. Жаль что ваше происхождение вряд ли позволит вам это сделать, я просто не могу понять, где вы всему этому научились, но мне хотелось бы, чтобы мои бойцы обладали подобными навыками, чтобы в случае опасности они могли позаботиться о себе. Буду откровенен, большинство молодняка, который сейчас состоит в моём отряде, ни на что не годятся. Большинство из них вчерашние крестьяне, а некоторые — бастарды, которых фактически не признали в родном доме, и они всегда были изгоями. И вот из этого мне приходится лепить воинов, которые не сдохнут в первые же секунды от рук бандитов, и это, хочу вам сказать, не просто.
— А разве ваши войны не прошли обучение в школах меча?
— Такое не каждый может себе позволить, туда отправляют в основном тех, о ком позаботились семьи, в основном из благородных, или же когда кто-то сильно выделился.
Мг, значит, кадровый голод, только я всё не могу понять, чего он от меня хочет. То, что он меня вербует, это притянуто за уши, ведь мало кто из благородных пойдёт в конную стражу, которая будет патрулировать дороги, конечно, есть такие, но это скорее исключение.
— Простите меня, многоуважаемый Лернс, но я так и не могу понять, чего вы от меня хотите. Я убил тех разбойников, и это было моё право на защиту. В ваш отряд я не вступлю, сами понимаете причины. И давайте будем откровенны: если бы разбойникам удалось задуманное, то в халатности уже обвинили бы вас, а вы сейчас устраиваете мне допрос словно какому-то преступнику.
Мужчина задумался и начал разглаживать свои пышные усы.
— Я просто не могу понять, откуда у вас такие навыки, как у профессионального убийцы. Не поймите меня неправильно, это само по себе невероятно, особенно для благородного человека, который нигде не обучался. Прошу прощения, но обычно родители, особенно среди аристократов нынешнего поколения, всегда оберегают своих детей. Чтобы человек вроде вас смог справиться с целой бандой головорезов — это что-то из ряда вон выходящее.
Прежде чем я успел ответить, заговорила моя сестра.
— Мой брат всегда был невероятен, — сказала Элинор. — Он с самого детства меня защищает, хотя я даже старше его. Пусть его родители никогда не учили его, но я видела, сколько усилий он прилагает, чтобы всему научиться самостоятельно и стать сильнее.
— Вот как? — мужчина пристально посмотрел на меня. — А зачем это вам? Я думал, что аристократы в последнее время учатся только тому, как вести себя на светских мероприятиях, разбираться в столичной моде и правильно вести интриги.
— Пф, хихи — засмеялась Эли. — Вы только что описали моего старшего брата.
— Вот как? — улыбнулся мужчина. — А что же тогда заставляет тебя, юный Тогрин, оттачивать свои навыки?
— Забота об этой мелкой непоседе, — я кивнул головой в сторону девушки. — Лучше сейчас отточить боевые навыки, чем потом жалеть, если вдруг случится беда, а мирному ремесло я успею научиться позже.
— Слова не мальчика, а мужа, что же, я услышал, что хотел. А мне ещё писать отчёт по этому поводу, — у него вырвался тяжёлый вздох, причём очень тяжёлый. Кажется, он так же не любит бюрократию, как и я.
В следующий час мы ехали в тишине. Элинор, кажется, успокоилась и, обняв меня за плечо, уснула. Затем карета остановилась, и наш невольный пассажир вылез из неё и пересел на лошадь. Мы снова тронулись в путь, и спустя час уже слуги вырубились. Я же всё так же сидел напряжённо, вслушиваясь в обстановку снаружи.
Мне было крайне интересно, почему разбойники решили напасть на нашу ничем не примечательную карету. Мы купили её в городе, она была довольно обшарпанной, но всё же крепкой, а внутри обстановка была неплохой. Наш экипаж не был ни торговым караваном, ни с гербами какого-либо дома. На таких каретах часто ездят простые люди, которые, пусть и не богатые, но имеют вполне неплохой достаток. Грабить таких людей не имеет смысла, добыча вполне может не окупиться.
Однако на нас всё же напали. Судя по рассказам, это отребье не могли поймать весьма долга, а это уже говорит о том, что интеллект у их главаря был как минимум выше среднего. Рисковать ради дрянной повозки — это как-то через чур. Что-то здесь не сходится. Вряд ли ребятки настолько отчаялись, чтобы лезть в такую ситуацию.
О том, что среди сундуков есть ларец с артефактами и драгоценными камнями, здесь никто не знал, кроме меня и Элинор, если продать все его содержимое можно купить себе небольшой особняк вместе с прислугой. Конечно, здесь была довольно крупная сумма, которую выделил мне отец, но в ней тоже не было ничего сверхъестественного. Да и откуда могли разбойники о ней знать? А может быть, это чей-то заказ?! Это маловероятно, но откидывать полностью не стоит.
Если подумать, кому это может быть выгодно, самым первым вариантом напрашивается графиня Брадос, сестра моего деда. И я, и мой отец довольно сильно проехались по её самолюбию. Другой вариант — кто-то из врагов отца. Ведь сейчас он начинает более или менее поднимать семью с колен, и в таких делах можно отоптать множество мозолей.
Конечно, можно предположить, что мой брат мог стать виновником всех этих событий, но я не думаю, что он настолько недалёкий человек. Ведь, помимо меня, под удар попадает Элинор, а девушки в нашем доме всегда были важными политическими фигурами, особенно при заключении династических браков. Чтобы решиться на такой шаг, нужно быть действительно недалёким.
К сожалению, разбойников уже не допросишь. Возможно, это была лишь случайность, и я просто себя накручиваю. Мёртвых уже не допросишь... По крайней мере, я не собираюсь тащить их обратно к деду, сейчас есть дела поважнее.
С такими мыслями я продолжил свой путь. Часть конных всадников отстала, видимо, отправились проверять другие дороги. Я наблюдал, как мимо проносятся поля, где сейчас работают крестьяне. Небольшие поля, благодаря которым аристократы вроде меня не голодают. Мне очень нравился этот пейзаж, особенно бескрайнее зелёное поле, уходящее далеко за горизонт. Что-то в этом было умиротворяющее.
Обстановка стала ещё прекраснее, когда солнце начало клониться к закату и наполовину зашло за поле. Это действительно красивый вид, жаль, что в прошлой жизни у меня не было времени наслаждаться такими мелочами. И вот, когда я размышлял обо всём этом, на горизонте начала появляться деревня. Мы добрались до неё уже почти на закате, и на улице сильно стемнело. Мне пришлось растолкать слуг и свою сестру.
Когда мы подъехали к довольно крупному трактиру, я вылез из экипажа. Ко мне тут же подъехал усатый "дядька" и слез с лошади.
— Ну что же, юный воин, вот вы и в деревеньке "Большие холмы". Дальше вас сопровождать уже нет смысла. Там идёт крупный торговый тракт, и караваны ездят один за другим. Патрулируют эту дорогу довольно сильно, и разбойников там уже несколько лет не видели. Так что дальше вы уже сами.
— Благодарю вас, капитан Лернс, вы мне очень помогли, что доставили меня и мою сестру в целости и сохранности. — Я залез в карман и подкинул ему золотую монету, которую тот ловко поймал в воздухе.
— Не стоит благодарности, это моя работа. — Монету он всё же принял и спрятал.
На этот финт ушами мне оставалось лишь ухмыльнуться, но всё же я действительно был ему благодарен. Если бы знал, что мы влетим в такую ситуацию, то не поленился бы и нанял бы охрану. В этом мире проблем с наёмниками не существует, правда, не на всех можно положиться.
— Удачи вам капитан в ваших делах.
— И вам юный граф, приятно видеть, что не все нынешнее поколение потеряно. — После этих слов он развернулся и пошёл к своей лошади, а я не стал наблюдать, что будет дальше, и просто подошёл к сестре. Вместе мы направились в трактир.
Само помещение здания встретила нас с неизменной обстановкой в таких местах. Всё было выполнено из дерева, посреди зала горел большой очаг, который давал тепло в холодные вечера, а также отапливал верхние этажи. Тут была неизменная деревянная барная стойка, за которой стоял довольно пухлый мужичок. Как положено трактирщику, он протирал железный стакан довольно замызганной тряпкой. Мне иногда казалось, что эта манипуляция со стаканом пришла из древних времён, которая сохранилась даже в современном мире, из которого я прибыл. Да и вообще люди похожи везде, и кажется, они не меняются ни в одном из миров.
– Слушаю вас, молодые люди, – сказал трактирщик, когда я подошёл к нему.
– Нам нужно две комнаты на постой, – ответил я. В уме я прикинул, что мальчики будут с мальчиками, а девочки с девочками, поэтому двух комнат будет вполне достаточно.
– Семь серебряных и две медные, – предложил трактирщик.
– Нам ещё нужен ужин и завтрак на утро, – добавил я.
– На четыре персоны – одна серебряная, – повторил трактирщик.
Я протянул девять серебряных монет, и трактирщик отсыпал мне кучу мелочи, которую я передал Луке.
– Распорядись, пусть распрягут и накормят лошадей, – сказал я.
– Хорошо, господин, – поклонился парень и убежал.
Обстановка в трактире была довольно весёлой. Здесь сидело много народу, и все уже были слегка подвыпившими. Большинство из них были обычными крестьянами, которые после тяжёлого дня решили расслабиться. В уголке сидело трое бойцов, одетых в кожаную броню. Возможно, это были наёмники-новички или местные стражи.
Единственное, что меня напрягало, – это то, что моя сестра здесь привлекала внимание. По сравнению с местными крестьянскими девушками она была как ангел во плоти, и все подвыпившие мужчины невольно пялились на неё. Ей уже пятнадцать лет, и её фигура начала округляться во всех нужных местах. Если сейчас у неё грудь второго размера, то мне сложно представить, какой она будет к двадцати годам. А учитывая её умение строить жалостливые глаза, мужчины просто начнут падать к её ногам. Это, конечно, хорошо и замечательно, но мне как брату предстоит много мороки, чтобы какие-нибудь уроды не решили воспользоваться её наивностью.
– Эй, красавица, не хочешь отдохнуть в приятной компании? – раздался голос за моей спиной.
Началось.
– Простите, но я вынуждена отказаться, – ответила моя сестра.
– Какая вежливая… Гыгыгы… – рассмеялся кто-то. Я повернулся и увидел говорившего – молодого парня лет двадцати, за спиной которого стояла компашка таких же молодых и непуганных людей. Такие считают себя стаей хищников и ничего не боятся, когда рядом с ними их друзья. Хотя по одиночке они представляют собой жалкое зрелище. К сожалению, мне приходилось сталкиваться с такими неоднократно. А когда они напьются, то почему-то начинают верить, что весь мир принадлежит им и они могут творить с ним что хотят. Таких людей можно назвать только одним словом: Быдло. И таким лучше всего один раз вломить пизды, чем пытаться им что-то доказывать.
– Слышь коза, даже не представляешь, какие мы с парнями… – начал говорить бедолага, но не успел договорить, прилетевшая в лицо табуретка не сильно располагает к диалогу. Надеюсь, это не войдёт в привычку, хотя кому я вру, это уже давно стало моей привычкой, особенно с таким братом, как у меня.
Его «кореша» вскочили с мест, каждый взял в руки что было под рукой – бутылки, вилки и табуретки. А я поднял руку высоко вверх и продемонстрировал свой перстень.
– Я граф Вермонд, и если вы твари сейчас попробуете на меня напасть, лёгкой смерти не ждите, – сказал я. Его «кореша» сделали вид, что он им не кореш, и просто аккуратно сели на свои места и отвернули головы в стороны. Какими бы храбрыми они ни были (а храбрецами такие уроды бывают только в своей стаи), они прекрасно понимают, что с аристократией лучше не связываться, потому что могут вырезать этих дурачков вместе с семьями.
Я же в свою очередь поворачиваюсь к мачо... Или моча, в общем, сейчас бедолага зажимал свой нос и со страхом смотрел на меня, и действительно моча... Потому что лужу под его жопой видно вполне отчётливо. Я присаживаюсь к нему на корточки, как заправский гопник.
– Слышь, мудила, ты вообще понимаешь, когда девушка отказывает?
– П... П... Простите, – говорю он заикающийся голос, стараясь отползти в сторону, да только он упёрся в ножке Лине, которая сейчас нависла над ним, как коршун над курицей, девушка, конечно, она симпатичная растёт, но только вот «пикаперу» кажется не сильно рад этой компании. – Демон попутал...
На его слова я лишь улыбнулся.
Я почувствовал, как возле меня встала Элинор и со страхом прижимается ко мне, ведь она впервые попадает в такую ситуацию и не знает, что делать.
– Ну что же, на первый раз прощу.
– Правда?
– Нет.
И тут же из положения сидя бью ногой ему в лицо, чуть ли не вгоняю нос ему в затылок, бедолага упал и вырубился.
– Тогрин, не надо, – сказала Элинор, пытаясь оттащить меня, в принципе я и не сопротивлялся.
– Я уже всё, – с улыбкой произнёс я, а после повернулся к его друзьям, которые делали вид, что любуются противоположной стеной.
– Эй, дружки-пирожки, выкиньте этот мусор нахер отсюда, и надеюсь, никто из вас больше не вздумает устраивать здесь беспорядков.
А после я сел возле барной стойки и заказал чего-нибудь перекусить, а также лёгкое вино, а в голове невольно закрадывались мысли, что я почему-то становлюсь каким-то импульсивным, слишком как-то я резко на всё отреагировал, а это на меня не похоже...
– Твою мать... Вот только долбанных гормонов мне сейчас не хватало...
Comments
Lex Nov
<div ><div><span class="text">Waurma, спасибо друг</span></div></div>
Waurma
<div ><div><span class="text">На арте я так понимаю его сестра в 15 лет? Стандартные почести автору за чтиво и пожелания здоровья)</span></div>
