Sauron777
boosty
Звёздный Эльф. АРКА 5. Великий Магистр. Глава 434. Звезда Смерти (1). Обнаружение
🕑 Added 2025-10-12 18:40:13 +0000 UTCДрузья. Один из энтузиастов взялся за озвучку Звёздного Эльфа на Ютьюбе. На мой взгляд довольно неплохо. Лень читать? Тогда го к нему!
https://www.youtube.com/@KOTOVIII-k3c
Граждане! У меня появился ТГ-канал. Надеюсь - там будет интересно: https://t.me/baraddur777.
Эпопея с Марой Джейд определённо того стоило. Разумеется, ей ещё предстоит долгая и муторная проверка на лояльность. Но я могу с уверенностью сказать, что девушка её прошла. Что действительно стало важным в последнее время, так это поведение и воззрения Бейла Антиллеса. Бейл в последнее время, по словам Амеллы, начал всё больше думать о «приказном формате правления, а не совещательном». По словам Амеллы, тот всё больше задаётся вопросами о том, достоин ли кто-то занять его место. И надо отметить, вопросы вполне себе здравые. Бейл Антиллес оказался прекрасным управленцем и умелым политиком. Конечно, за каждую сферу восстановления Республики – в первую очередь отвечает Министр.
Но это не значит, что лишь Министры определяли реальность. Антиллес издавал декреты, создавал инициативы. Он так же стал инициатором некоторых программ. В общем и целом – он ощущал себя вполне уверенным политиком. Да, он уже был не молод, ему совсем недавно стукнуло семьдесят. Но то по человеческим меркам. Вдобавок, учитывая медицину Звёздных Войн – его тело работало, как у тридцатилетнего. Конечно, в операциях, что проводили элитнейшие клиники Республики – есть свои нюансы. У каждого свой коэффициент омоложения… Та же Амелла, учитывая то, что ей тоже семьдесят – вообще выглядела, как тридцатилетняя красавица, на которую то и дело оборачивались клерки. Но Бейл выглядел, как мужчина, которому слегка за сорок.
При этом его тело чувствовало себя гораздо лучше, чем у мужчины за сорок. Но вот что действительно его печалило, так это то, что он подобрался к своему логичному концу. Это всё, финиш. Он больше не сможет избраться ни Канцлером, ни даже Сенатором от своего сектора. Максимум, что ему светит – это должность в родном секторе, он вполне мог бы стать следующим Вице-Королём заместо Органы. Вот именно это больше всего раздражало Бейла. К концу своего второго и последнего срока он стал всё более раздражительным и мрачным. Порой на заседании Совета Министров он мог начать рассказывать про свои заслуги и свою значимость.
И это тот человек, который до этого уже успел пожаловаться на то, что он устал от власти. Всё же десять лет на посту Канцлера – это уже довольно много. А двадцать лет, два срока подряд – может сломать даже самых стойких. Тем не менее – десять это именно минимально допустимый срок для разумного с тем перечнем прав, обязанностей и теми полномочиями, который нужен для максимально эффективного правления. Раньше Канцлера избирались лишь на четыре года и буквально теряли себя в бесконечных политических противостояниях, заседаниях и сессиях Сената. Редко кто мог прорваться и начать говорить, и делать действительно что-то дельное. Демагогия Сената…
Она не исчезла даже сейчас. Порой, самые тупые вопросы и законы, то и дело, всплывают в самых неожиданных местах и, что наиболее удивительно – продвигаются самыми неожиданными разумными. Вот смотришь на Сенатора и думаешь – вот он достойный представитель своего сектора, умный, образованный, эрудированный и, что самое главное, мудрый. Но порой, даже у самых образованных в голове опилки. Так уж вышло, что даже несмотря на все проверки по избирательной реформе – полностью от глупцов, либо полезных многим сторонним не самым приятным личностям, но всё же, глупцов – мы не избавились. От этого в принципе невозможно избавиться. И видя всё это – Бейл Антиллес начинал бояться.
Он боится того, что всё, чего мы достигли, все эти года тягот, кризисов, бесчисленное количество нервных клеток, сожёных на поприще трансформации Республики – пойдут прахом. Что появится после него какой-нибудь «популистический дебил», или «идиот, который думает лишь о себе» и всё порушит. И надо сказать – именно здесь и можно было бы начать оправдывать авторитарные режимы с чёткой преемственностью. Где следующим лидером, чаще всего по факту смерти, естественной, или не очень, предыдущего – становился заранее подготовленный наследник. Его могут либо объявить таковым, либо скрывать. Но наследника, предполагают натаскивать на должность лидера… Минусы есть? Разумеется. Самый большой минус: политика – это война, а на войне все средства хороши.
В авторитарных режимах могут найтись разумные, которые радуются каждому правоприменению жестокого закона по отношению к иным разумным… А могут быть ситуации, когда против других разумных – поступали и вовсе вне закона. Ведь, как писал один дегенерат: «справедливость – это неравенство, но неравенство предметное»… Фамилию уж давно позабыл, но по одной цитате можно понять, что разумный сей с головой не дружил даже попъяне. Законы в таких режимах существуют лишь против тех, кого государство посчитает неправильным. Спойлер… Оно может посчитать неправильным кого угодно. Вчера ты можешь славить великого лидера, размахивать флагом, орать о величии страны. А сегодня во славу великого лидера тебя арестуют, завтра казнят и великий лидер выступит с речью – какой ты мерзкий предатель.
При этом великий лидер, вместе с ограниченным кругом лиц, зачастую полностью неподсуден. Его решения могут привести к гибели миллиардов, а он не то чтобы не скажет почему, он даже не ответит на вопрос… журналиста просто выведут из зала. Вот что такое предметное неравенство. В той же Империи была фракция умеренных имперцев. Они, как полагалось, славили Дарта Сидиуса, говорили, что Республика падёт. Но потом они не понравились Таркину, видимо слишком мало славили самого Уилхаффа. В общем и целом – тех, кого прозвали патриотами и одними из тех, кто помог в установлении Мира и Порядка – арестовали, отдельных членов преследовал даже Вейдер, лично передушив парочку.
На контрасте этого, Республика подчиняется строгим законам относительно власти. Да, вы можете сказать, что демократия, так-то, не идеальна. И вы будете правы… минусы выше. После великого Канцлера всегда может избраться тупой популист. Конечно, у нас есть сдержки и противовесы. Тот же Сенат тупой закон может быстренько завернуть, Суд Республики может оспорить принятие закона, Джедаи, в конце-концов… При это режим Империи очень уж зависит в принципе от лица наследника. Формально наследником все считают Дарта Вейдера, хотя и боятся его пришествия к власти… потому что передушит половину Правящего Совета и офицеров в армии.
Но есть ещё Сейт Пестаж… Уилхафф Таркин… Есть и Арманд Айсард… Каждый из них хотел бы попытаться сразиться за кресло Императора. А последний и вовсе не предполагает того, что ему нужен наследник. В общем и целом – Империя – это путь в один конец. И мы все с нетерпением ждём его.
— Однако, — мрачно произнёс я, изучая текст инициативы. — Бейл, это же бред.
— И в чём же бред, Лайт? — спросил всё ещё Канцлер. — Я лишь хочу, чтобы Республика процветала, — он смотрел в окно, где виднелись бесчисленные спидеры, летящие по Корусанту. — А как этого достичь? Кто придёт мне на смену? Амелла? Может Секура? Или Тайл? Нет… Я вышел за счёт того, что обладал невероятным авторитетом. Я вывел Республику в лидеры по всему, восстановил страну. Но хватит ли у других способностей?
— Кто бы ни был Канцлером, — вздохнул я. — Им не будешь ты, — я отложил планшет с написанной инициативой. — Твои сроки кончились, по конституции. Их нельзя сбросить, обнулить, видоизменить. Ни референдумом, ни законом Сената, ни вердиктом Суда Республики.
— Если только за меня не проголосует весь народ Республики, Лайт, — произнёс Канцлер. — Ты подумай вот о чём. Если разумные со всех секторов проголосуют за меня…
— Это колоссальная нагрузка на инфраструктуру. Для проведения такого мероприятия потребуется не один год подготовки, — сообщил я. — Именно поэтому Сенат Республики выбирает Канцлера и назначает Министров. Потому что мы буквально не способны провести выборы всего, в целом, народа.
— А что со второй инициативой?
— Избрание Канцлера шестьдесят на сорок? Все голоса за каждого кандидата, поступившие от секторов – умножаются на ноль целых шесть десятых, а голоса Сената на ноль целых четыре десятых? — спросил я. — Опять же, подумай сам, какая это волокита. Канцлером могут стать Сенаторы и не только они. Однако, чтобы податься на Канцлера Республики необходимо быть… кем-то. Что-то из себя представлять. В директивах Сената прямо сказано – в случае подачи на должность Канцлера разумного вне Сената – до проведения выборов необходимо представить все заслуги. А теперь представь наше население и то, сколько оттуда пойдёт Канцлеров, при такой-то системе… Почему у тебя самые неадекватные инициативы возникают аккурат под конец сроков?
— Только ты их считаешь неадекватными, — он обернулся. — Я же хочу сохранить Республику.
— Для её граждан, или себя? — спросил у него. — Третий срок, Бейл… третий срок! Неужели ты не понимаешь, как это выглядит? Это же буквально узурпация власти.
— Поговори мне тут, Лайт, — фыркнул он, сев на своё место. — А кто её узурпировал под занавес Войны Клонов? Ты ввёл войска на Корусант, сразился с тогдашним Канцлером прямо в Сенате.
— Лишь чтобы защитить Республику, — ответил я Бейлу. — Об узурпации следовало бы ныть, если бы я, прогнав Сидиуса, сам сел на его престол. Он ведь успел объявить себя Императором. Всё, что я… нет, всё, чего я всегда хотел – это чтобы разумных слышали, Бейл. И не пользовались их глупостью во имя политических амбиций. Да… толпа – есть стадо. Но разве должно нам пользоваться глупостью стада во имя власти своей?
— Толпе нужен пастух… Кроме того, ты неоднократно использовал толпу себе на благо, Лайт… Давеча тут провели опрос разумных, знаешь сколько к тебе доверия и одобрения?
— Просвети.
— Доверяют тебе сорок процентов опрошенных, одобряют твои действия тридцать семь процентов… Лишь я могу с тобой состязаться в этом, Великий Магистр. Прочие политики и Сенаторы настолько незначительны, что исследование в пору называть «исследование о доверии и одобрении Великого Магистра Лайта Флаингстара и Канцлера Бейла Антиллеса».
— И что же? Хочешь намекнуть, что я использую какие-либо бесчестные приёмы, дабы достичь такого результата? — спросил у него, облокотившись на спинку. — Думаешь, для меня имеет значение всё это?
— А разве нет?
— Нет, — покачал я головой. — Знаешь – что действительно важно? Важнее всего то, что ты делаешь. Аплодисменты нужны артистам и певцам. А ты высший управленец, Бейл Антиллес. Так исполняй свои обязанности. Ты клялся на конституции Республики. И сейчас предлагаешь мне же, одному из архитекторов обновлённой версии, её нарушить. Почему ты мне предлагаешь это сделать?
— Для того, чтобы сохранить Республику…
— Принцип, если не я, то кто? — с усмешкой спросил у него. — Он свёл с ума не одного правителя, ты же историю учил. Звёзды великих правителей могли гореть ярко, но постепенно выгорали. Многие на закате своего правления не уходили, потому что по их мнению – нет никого достойного.
— А кто достоин? — опять же спросил он. — Война с Дартом Сидиусом близка. И близка, как никогда. А я уверен лишь в армии, да финансах. Быть может ещё в полиции. И я не вижу никого, кто мог бы принять бразды правления Республики на время войны. Поэтому я и хочу… провести тот референдум. Не распускать Сенат и продолжать править, пока вы, Джедаи, не разберётесь с Дартом Сидиусом раз и навсегда.
— Разбирательство с Дартом Сидиусом – процесс непростой, — честно признал я. — Империя не так слаба, как кажется. За время разбирательства и потрясений, что, несомненно, произойдут, ты сможешь провести множество плохих инициатив и законов. И не надо говорить мне про свой процент законотворчества, — прервал я его. — Знаю, что за девятнадцать лет существования обновлённой Республики, у тебя восемьдесят процентов законов и инициатив было одобрено Сенатом, Судом, Джедаями. Но случались и провалы… А при абсолютной власти, каковую ты фактически, пусть не по закону, но отчасти так, получишь – высока вероятность того, что ты напринимаешь такого, что мы потом целыми поколениями будет разгребать за тобой.
— То есть ты, всё же, против, — хмуро произнёс Бейл.
— Категорически, — ответил я ему. — Работа Сената завершится согласно процедуре, пройдут выборы, к которым мы готовились и после – пройдут выборы Канцлера Сенаторами и назначение Министров. А ты будешь волен либо остаться здесь, либо вернуться домой, на Альдераан. О твоём сегодняшнем разговоре со мной я забуду, выйдя отсюда, — сообщил ему. — Будем считать, что мне привиделся он во сне.
— Жаль, конечно, — ответил он. — Я полагал, что ты, мой лучший друг, способен думать сам и увидеть в этом перспективы.
— Сам, Бейл, но не так, как ты… В этом и суть демократии. Государство – это не пятая точка, уместившаяся на высшем кресле, это законы и следование им. Понимаешь? Либо законы едины для всех, от уборщика, до Канцлера. Либо их нет и тогда… Это либо анархия, либо диктатура. Поэтому… прости, старый друг. Я понимаю твои аргументы и разделяю их опасения, однако – мы не обязаны быть выше закона, потому что если мы поставим себя выше закона тогда, когда нет острой необходимости для этого – мы станем ничуть не лучше Дарта Сидиуса. А ты точно этого хочешь? Хочешь быть, как Дарт Сидиус? Война в любом случае начнётся, но что бы не происходило – государство должно функционировать. Если мы сейчас начнём отступать от законов, которые определили, то кто мы по итогу, Бейл? Балаболы, которые забывают собственные обещания, указы, требования? Один из диктаторов в нашей Республике – десятки лет, каждый год обещал две вещи – решить проблему аварийного жилья и нищеты. В итоге он не решил ни одну из проблем, но бесконечно о них говорил. С самого изгнания Дарта Сидиуса – мы дали клятву… Что Республика будет демократией и Республикой. Так исполним же её…
— Хах… Как бы эта клятва не привела нас к краху.
— Насчёт этого не волнуйся… Если мы действительно использовали правильные стройматериалы, то нам даже окно турболазером не выбьет, — усмехнулся я.
— Ага, посмотрим…
***
— Это правда? — спросил Гарен Мульн у голограммы Гароша Таркина. Гарош Таркин был высоким, стройным мужчиной, одетый видоизменённый китель Имперского офицера. Его лицо было будто высечено из камня самым жестокими волнами. Тёмные волосы были аккуратно зачёсаны назад.
— Правдивее некуда, — мрачно произнёс сын Уилхаффа Таркина. — Нам стало известно то, что за «Имперской Исследовательской Геодезической Станцией» скрывается боевая станция, которая обладает невероятным наступательным потенциалом. Она вполне себе мобильна, но самое опасное, что в ней есть – это оружие класса антипланета. Головное орудие генерирует огромное количество энергии и стреляет им, буквально способно уничтожить целую планету за один выстрел.
— В это верится с трудом, — отметил Кэл Кестис. — Хотя до нас доходили слухи, что Имперцы любят экспериментальные чудо-проекты, взять хоть вирус немочи. Но чтобы они смогли реализовать подобное…
— К сожалению, я скорее склонен поверить в том, что эта станция существует, — мрачно заметил Гарош. — Она вполне вписывается в доктрину моего отца – править не силой, а страхом применения оной. Звезда Смерти, как её назвала та, кто принесла эти сведения – и есть то, благодаря чему можно создавать страх.
— И что нам сделать? — спросил Раэлл. — Оповестить начальство – это понятно, но что нам делать далее?
— Начальство может совещаться не один день, — заметил Мульн. — Хоть дела делаются в наши времена побыстрее, чем в Республике Войны Клонов и до Войны Клонов, но этого недостаточно.
— Использование такого оружия, если оно существует, неприемлемо, — добавил Люк Скайуокер.
Тайная база повстанцев находилась на Арбре. Именно здесь располагались силы Республики, которые активно работали с Гарошем Таркиным, Адмиралом-Повстанцем Империи. Сын великого Уилхаффа Таркина, Великого Визиря и Гранд-Моффа Империи, фактического правителя Южного осколка Империи Разомкнутого Кольца, давно убедился в жестокости Империи и переметнулся на сторону Республики. Он основал Революционную армию, «Сынов Свободы» и активно сотрудничает Республики. Гарош понимал – Республика тоже не подарок, но на фоне того… что выстроил его отец и Дарт Сидиус – Республика райское место.
— Сейчас мы проверяем сведения, — ответил Гарош. — Нам нужно найти станцию, прежде чем действовать.
— Ещё нам надо не только получить подтверждение всего того, что вы озвучили, Адмирал, — произнесла Лея Скайуокер, — но и найти уязвимость станции. Больше чем уверена – такое оружие будет иметь невероятную защиту.
— Зацепка насчёт этого есть, — ответил ей Гарош Таркин. — Над Звездой Смерти работал целый комплекс имперских научно-исследовательских институтов. Возглавляли всё это дело Бевел Ламмелиск и Орсон Кренник.
— Я про него знаю, — заметил Кэл. — Он в банке целей, как эффективный управленец. То же относится к Ламмелиску.
— Верно, — подтвердил Гарош. — Суть в том, что один из ведущих инженеров станции работал по этому проекту… ну скажем так не совсем по своей воле. Некто Гален Эрсо. Именно его дочь передала нам информацию об этом оружии. Джин Эрсо. Сейчас она отправилась проверить улики касательно Звезды Смерти, — изображение сменилось, открыв карту Галактики. — Мы не смогли вытащить её отца, но, казалось, Эрсо этого и не хотел. Он передал данные, согласно которым – чертежи с уязвимости боевой станции располагаются в архиве Имперских перспективных разработок – на Доум-Браддене. Сектор Лол, система Доум-Брадден. Джин Эрсо, совместно с вашим оперативником – Кассианом Андором решила отправиться туда.
— Совместно с Андором? Хатт его задери, говорил же мальчишке не лезть впереди спидера, — проворчал Раэлл. — Какая поддержка у них, Адмирал?
— Лишь несколько оперативных групп, — ответил Адмирал Таркин. — Я не могу послать множество сил им на поддержку, потому что сейчас мы получаем противоречивые данные с Марикс-Минора. Там был расквартированы мои силы, однако сейчас… планеты будто нет. Джин Эрсо использовала эту планету в качестве перевалочной базы.
— Может ли быть, — вдруг произнесла Лея, прикрыв глаза. — Нет, точно! Они испытали оружие Звезды Смерти на Мариксе… Надо срочно связаться с Великим Магистром! Я отправляюсь на Доум-Брадден. Необходимо проследить за разведкой Эрсо и Андора.
— Ещё чего, — вдруг произнёс Кэл Кестис. — Пока что мы не можем говорить о том, что сие есть целесообразно. Сперва надо связаться с Магистром Восом и Магистром Флаингстаром.
— У нас нет времени, Мастер Кестис, — возразила Лея. — Если на Мариксе было произведено испытание и Адмирал не может связаться со своими подчинёнными из-за него – мы в куда больше опасности, чем вы можете себе вообразить!
— В таком случае, ты не пойдёшь одна, — ответил ей Люк. — Слишком опасно.
— Согласен, — подтвердил Кестис. — Лир, свяжитесь с Республикой, доложите им информацию. Мы же отправимся к Доум-Браддену на разведку.
— Опять вы делаете что хотите, Джедаи, — пожаловался Раэлл. — Ладно, — кивнул он. — Это редко когда себя не оправдывает. Я сообщу всем, кому требуется.
— Разбойная эскадрилья вылетит в полном составе, — произнёс Мастер Гарен Мульн. — Скорее всего вам потребуется прикрытие МЛА.
— И вылетим сейчас, — добавил Ведж.
Предполётная подготовка заняла всего тридцать минут. Ставни разъехались и прямо из одной из холмов Абры исторглось сразу тринадцать Х-вингов и один транспортный корабль. Лир же вздохнул… Джедаи порой творить начинают что хотят. Ну да ладно… Голопроектор с Таркиным уже давно погас и вместо этого появилось изображение двух разумных – Канцлер Республики и Великий Магистр, судя по всему, находились в одном месте. Пересказ всего того, что он услышал занял примерно две минуты.
— Они что? — раздался голос Антиллеса. — Оружие антипланета? Сидиус совсем спятил? Лайт, как Квинлан Вос мог такое пропустить?
— Он, как раз, ничего не пропустил, — ответил Лайт Флаингстар. — В ИСБ тоже не дураки сидят, увы. Стоит это учитывать. В любом случае, это всё пока что не имеет значение, не так ли? Чем сейчас занята разбойная эскадрилья? Они отправились к Имперскому архиву, так?
— Так, — кивнул Лир. — Что делать дальше?
— Через Воса вам придёт приказ, — кивнул Лайт. — Звезду Смерти, как её прозвать успели – надлежит уничтожить. Любой ценой.
— Но это же, почти наверняка, война, Лайт, — донеслось от Канцлера. — Выборы в Сенат… А… к хатту. Уходить, так уходить красиво. В общем – соответствующие приказы будут оформлены, полковник, — он посмотрел на планки Лира. — Однако нам надо организовать выборы побыстрее.
— Спешка нужна лишь при ловле блох, — ответил Великий Магистр. — Мы готовы. И в то же время – мы не должны позволить Сидиусу обладать таким оружием. Не важна чем мы заплатим за это. Не важно то, как отреагирует Империя. Отреагирует спокойно, или войной. Звезда Смерти должна быть уничтожена. Что будет после – будет думать после.
— Ты же преверженец доскональных планов, — заметил Канцлер.
— Иногда дело настолько важное, что идеальный и доскональный план уничтожит всё… К хаттам планы, действуем по ситуации.
— Что же… Значит время пришло повоевать, — вздохнул Лир. — Со Герера будет рад это услышать.
— И не только он, полковник, — ответил Флаингстар. — И не только он…
Comments
Никита Бречко
<div ><div><span class="text">pol.atreydes, Да ну нахрен. Это же первый образец. Пускай Палыч 3ю достраивает на деньги и ресурсы Империи, тогда и можно подумать об угоне. И то еще не факт, что содержание такой дуры будет дороже 10и сзр.</span></div></div>
pol.atreydes
<div ><div><span class="text">нет я, честно, понимаю и принимаю политику гг и Ко... "мы не Палпатин" на мой, неискушенный, взгляд решение хорошее... отсюда и отказ от ситских убер ваффе (моих любимых) но если бы история была менее серьезной самый смак было бы станцию угнатьDDD вот было бы топ использования постзнания. </span></div></div>
Иван Квасов
<div ><div><span class="text">Да действительно интерестно</span></div></div>
